Книга Джейн Эйр – охотница на оборотней, страница 50 – Андрей Белянин, Дарья Менделеева

Безусловно, я польстила ей. И моя лесть попала в цель. Эмма покраснела от приятного смущения и даже слегка улыбнулась, после чего растаяла окончательно.

Экономки – кардиналы поместий. В то время, как кухарки заправляют кухней, эти женщины правят домом. В их подчинении все горничные и даже садовник.

Только от них зависит, на какой постели будут сегодня спать хозяева, будет ли за завтраком мягко литься свет из окна, приглушенный набивным тюлем, или слепить до слез, лишенный этого барьера. Только они решают, насколько вычищены пальто и шляпа. Конечно, за своими большими заботами господа могут этого и не заметить, но даже маленькая власть услаждает.

— Нет, мисс, я ничего не видела, не слышала и не знаю, – полушепотом сказала она. – Но только лучше бы вам уехать отсюда поскорее.

— О, благодарю вас за сердечный совет, Эмма, я и сама хочу поскорее все закончить. Скажите, не занят ли сейчас мистер Дарем? Я должна с ним поговорить.

Не дожидаясь ответа, я твердо направилась к кабинету хозяина дома. Эмма тенью шла за мной, старательно делая вид, что придирчиво осматривает, как прибран коридор. Но меня не тяготило ее общество, оно было очень кстати.

Постучав и дождавшись приглашения, я вошла к мистеру Дарему, предусмотрительно не закрыв за собой дверь, и без предисловий заявила, что завтра же утром уезжаю, но вернусь перед закатом в сопровождении констеблей и инспекторов для того, чтобы арестовать мистера Виктора Дарема и поместить в лечебницу для тех, кто страдает душевными расстройствами, где рано или поздно он продемонстрирует обращение в оборотня и будет гуманно казнен усыплением.

Конечно, я могла бы убить Виктора серебряной пулей прямо здесь, но отдаю дань и его благородству, и уважению к его почтенному дяде. Недопустимо обходиться с таким человеком как с бешеной собакой, выскочившей из-за угла. Когда семейство Даремов будет официально очищено от звериной крови, дела фамилии сразу пойдут в гору, а новые партнеры не заставят себя ждать.

К тому же мистер Дарем хоть и не молод, однако пребывает в интересном возрасте, поэтому наверняка сможет найти себе достойную спутницу и произвести на свет потомство, угодное и Богу, и Англии. Эта речь произвела должное впечатление.

Мой наниматель схватился за сердце и несколько секунд ловил ртом воздух, однако, как и полагается дельцу и главе фамилии, смог взять себя в руки. Он задал несколько уточняющих вопросов, на которые я дала ответы как правдивые, так и лживые, но необходимые для достижения своей цели, и мистер Дарем, удовлетворившись моими словами, с грустью согласился оказать мне содействие.

Я попросила, ничего не говоря Виктору, запереть его в комнате, как только он войдет туда, чтобы молодой человек не смог спастись бегством ни через окно, ни через дверь. Лицо экономки, стоявшей на лестнице, приобрело серый цвет, а с губ слетел вскрик отчаяния.

Только сейчас заметив ее, сквайр бросился утешать бедняжку, вспоминая, как с детства любила она бедного мальчика, осыпая ее благодарностями и заверениями в родстве не кровном, но духовном с этой святой женщиной, отдавшей столько лет жизни на служение их семье.

…Когда перед закатом Виктор Дарем вернулся домой, его дядя был сама любезность. Меня пригласили присоединиться к ним за обедом, и я не отказалась. За бокалом шардоне, которое, очевидно, было старше меня, мужчины обсуждали дела: сделки, сметы, планы, которым, как знал глава семейства, увы, не суждено было осуществиться.