Книга Время туманов, страница 117 – Ален Т. Пюиссегюр

Сверху струился небольшой водопад. Его вода питала растения и наполняла бассейн.

Сирения закрутилась волчком, в ужасе от половодья.

Бийорна, самозабвенно погружённая в музыку, не замечала их присутствия.

— Мадам! – окликнула её Дареза, не смущаясь тем, что прервёт её.

Но музыка по-прежнему лилась, заполняя пространство, лаская слух. Различить отдельные ноты в общем потоке не представлялось возможным.

— Бийорна! – позвал её Ковен.

Великанша-амфибия завершила игру мелодичным печальным аккордом.

— Магр! – она потянулась, раздула огромное брюхо, расправила затёкшие лапы-вёсла.

Выпученные глаза остановились на стайке котиков.

— Ну и ну! А я и не слышала, как вы вошли! Ковен! Это же ты!

Широкие ноздри приблизились и стали их обнюхивать. Зародыши, боясь, что их вдохнут, спрятались за спины хозяев.

— Конечно, это ты! У тебя запах особенный, мне всегда кажется, что ты только что покатался на драконе. Я как раз думала: когда же ты придёшь меня навестить? Рада тебя видеть!

— И я по вам соскучился, – отозвался Ковен.

— Ко мне мало кто заходит. Похоже, все меня побаиваются. Впрочем, это неудивительно. А вы с чем ко мне пришли?

— С массой вопросов, – честно признался кот.

— Как вам моё жилище? – спросила Бийорна, будто и не услышала.

— Очень… Очень красивое! – пискнула Сирения, отыскав наконец относительно сухое место.

— Красивое и необычное, – присоединился к ней Лексиос, мягко сыграв на кантеле.

Бийорна, услышав его игру, ещё больше выпучила глаза.

— Клянусь пальмами моих лап, передо мной настоящий музыкант во плоти и шерсти, – произнесла она с восхищением. – А я-то думала, что одна играю здесь на музыкальных инструментах. Ты разговариваешь при помощи кантеле? Гениально! Ты мне напомнил фелида, с которым я когда-то дружила. Его звали Равель. Неподражаемый музыкант.

Бийорна обернулась к Дарезе.

— А ты что скажешь о моём жилище?

Лесная кошка стояла в отдалении. Пушистый хвост подметал пол в знак повышенного внимания к происходящему. Ковен насторожился: трудно представить себе восторженную Дарезу и уж тем более услышать от неё комплименты. Главное, чтобы она не обидела Бийорну колкостью!

— Такую красоту я встречала лишь у себя на севере, когда мороз расписывал стёкла ветками, листьями и цветами. У вас удивительное гармоничное сочетание редких растений.

Бийорна потёрла огромные лапы-пальмы, довольная похвалой.

— Чего застыл, туполап? – спросила Дареза, встретив удивлённый взгляд Ковена. – Думаешь, охотницы севера нечувствительны к красоте? Магия, красота и искусство – вот три кита, на которых по традиции держится наше сообщество.

— Будешь называть его «туполапом», магия, красота и искусство тебе не помогут! – грозно пообещала Брайна.

— Неужели? И что ты мне сделаешь? Обсыплешь крошками из шерсти?

Бийорна заколыхалась от громкого смеха, да так, что раскачала всё жилище от основания до потолка.

— Ах! Давненько я не видала ссор юных кошек. И совсем позабыла, как смешно топорщится ваша шерсть!

Брайна и Дареза пристально смотрели друг на друга. Их пушистая шерсть действительно встала дыбом от злости.

— Подойдите-ка обе сюда.

Кошки дружно наступили в лужу, подняли мокрые лапы и хором замяукали.

— Вам известно, что здесь у меня нет места вражде? Прислушайтесь. Насторожите ушки!