Книга Инквизитор. Охотник на попаданцев 2, страница 131 – Миф Базаров

— О! Ты хочешь попросить меня о пощаде, инквизиторское отребье?

Шаман чуть склонил голову.

И в этот момент раздался глухой удар по плите.

Сильнее, чем раньше. По каменной кладке сверху вниз пробежала чёрная трещина. Артём долбил её всё то время, что у нас шёл бой с менталистами, и каждый удар я считал вторым горизонтом своей жизни.

Ещё удар.

Половина плиты вылетела внутрь. Куски гранита засыпали пол перед проёмом, длинный осколок докатился до моих ног и встал ребром. Пыль повисла столбом. В проёме — Артём в капюшоне, сзади Ушинский в ошейнике подчинения, на короткой цепи.

Шаман повернул голову вправо.

На полсекунды.

Мне хватило.

Правая рука наконец добралась до кармана куртки. Пальцы нащупали последние макры, зажал в кулаке.

Почувствовал, как энергия разошлась по телу. Словно стакан глинтвейна, выпитый в мороз. В виске стрельнуло болью.

Десять секунд.

Не больше.

Сел рывком. Левая рука, усиленная магией, врезала кулаком по подбородку склонившегося шамана. Он отшатнулся, голова откинулась, борода качнулась следом. Я нащупал на полу рукоять до этого неподъёмного револьвера, подтянул.

Двуствольный револьвер работы оружейного дома Скрабеля — моё лучшее оружие.

В барабане пусто. Но вот во втором стволе был заряжен красный огненный макр ещё перед боем с сектантами. К моменту, когда мы спускались в храм, он дозрел и теперь готов.

Шаман развернулся. Оскалился. Рука с ножом отошла назад для броска. Было поздно, он свой шанс упустил.

Выстрел.

Из ствола вышел огненный шар размером с яблоко, с белым ядром.

У шамана не осталось больше сюрпризов. Резонатор уничтожен, амулет на шее треснул, а антимагическая пуля, засевшая в плече, не давала ему применить магию. Всё, что он сейчас мог, это заставить меня мучаться от мигрени.

Отдачей от выстрела меня швырнуло обратно на пол. Лопатка ударилась о гранит, в ушах коротко свистнуло.

Голова шамана исчезла. Испарилась в красной вспышке, будто кто-то стёр. На плечах остался обугленный обрубок шеи. Тело мага качнулось назад, постояло секунду как столб и завалилось спиной на плиту алтаря, чуть не задев лежащего в трансе Петра.

Огненный шар пролетел дальше. Артём, оказавшийся у него на пути, успел только поднять руку.

Воздух перед ним сгустился: внешний слой ровный, как у любого нормального воздушника. Шар вошёл в этот слой, провалился до половины и продавил внутрь, а чуть ниже стал виден второй слой. Плотнее. Я такого не встречал ни в одной школе магии воздуха. Двойной щит. Два контура.

Вот для чего ему два канала! Чтобы одновременно создавать два щита.

Внешний контур был поставлен поздно, и часть шара прошла через его границу, а вот внутренний удержал почти всю энергию выстрела. Артём дёрнул цепь. Ушинский кубарем покатился к стене.

Ткань тёмно-синей рясы на груди Артёма вспыхнула. Он ударил по ткани ладонью. Потушил. Дальше схватился за воротник и скинул её одним рывком. Дымящиеся и всё ещё горевшие лохмотья полетели в сторону.

Голый по пояс. На шее висит амулет защиты и, судя по мягкому свечению камня, он заряжен. Бледная кожа, сильные плечи, ровный пресс. На теле спереди и на руках татуировок и других знаков принадлежности к ордену не было.

Я потянулся к патронташу, краем глаза следил за Марией.

Газлайтер всё это время держал её у дальней колонны. На полсекунды он отвлёкся на грохот от моего выстрела. И Маше этого хватило.