Книга Инквизитор. Охотник на попаданцев 1, страница 132 – Миф Базаров

— Магия воздуха? — я взял артефакт, взвесил на ладони.

— Типа того. Сложная штука, дорогая. Иван Иванович сказал: «Бери всё, что не приколочено». Я и взял.

Я вернул артефакт Киселёву и посмотрел на Димку. Он вёл машину уверенно, ловко вписываясь в повороты.

— Ты тут бывал? — спросил Паша.

— С чего ты взял, Кью? — Волков обратился к нашему технарю, используя позывной. — Первый раз. Но карту посмотрел на заправке.

Мы выехали на набережную, и разговор на минуту затих.

— Паш, а почему тебя «Кью» позывной? Я вот сколько с тобой знаком, так и не понял.

Он хмыкнул — с тем особым выражением, которое бывает у людей, когда история смешная, но объяснять её немного неловко.

— Да я и сам толком не знаю. Прилипло — и всё. Это с Морозова пошло, он всем позывные давал. Сам придумывал, никого не спрашивал.

— С Морозова? — Волков повернулся. — Это который из госбезопасности в инквизицию пришёл?

— Ну да. Я один раз спросил, почему Кью. Он посмотрел долго, потом говорит: «Потому что сидишь в мастерской и делаешь вещи, от которых потом зависит всё». Я говорю: «И что, это Кью?» Он: «Ага».

Павлик усмехнулся.

— Ну и ладно. Не Вася же.

— Морозов был странным, — задумчиво произнёс Волков. — Все так говорили.

— Да он был нормальным, просто… другим, — Павлик немного замялся. — Он мыслил не как мы. Иногда скажет что-нибудь, сидишь потом и думаешь, откуда он это знает вообще. Такие вещи знал, которые… многие специалисты не знают.

Павлик пожал плечами.

— Говорят, в колонию потом подался. Давно это было. Ещё в начале моей карьеры.

Ещё один странный человек, осевший в колониях. Не удивлюсь, если он окажется приятелем наставника. Надо будет потом поинтересоваться, какой позывной был у Петра.

— А ты сам про остров что знаешь? — спросил я, меняя тему. — Про особняк Линны.

Павлик помолчал секунду. Чуть заметная пауза, такая, которую замечаешь, только если привык замечать.

— Кое-что знаю, — сказал он осторожно. — В совете по недопущению прорывов нам давали сводки. Финский архипелаг в последние два года — горячая точка. Много аномалий именно вот здесь, в акватории, — Киселёв кивнул в сторону залива. — И эти аномалии слишком… структурированные. Не случайные выбросы, а будто кто-то целенаправленно расшатывает фон.

Я смотрел на него. Для техспециалиста-артефактора он знал слишком много. Либо очень умный человек, который умеет складывать два и два, либо…

— Ты ведь консультируешь не только совет, — утвердительно сказал я.

Павлик не ответил сразу. Смотрел на дорогу.

— Иван Иванович иногда просит посмотреть некоторые материалы, — очень спокойно ответил он. — Чисто технически. Артефакты, контуры, схемы. Я же технарь, мне всё равно, кто спрашивает.

Я кивнул. Понял: больше не спрашивать. Это его черта: скажет столько, сколько считает нужным. Давить бессмысленно. Но кое-что я для себя отметил. Павлик Киселёв, которого ещё называли «Кью» и воспринимали как сумасшедшего изобретателя с паяльником, на самом деле сидел значительно ближе к вершине Ордена Инквизиции, чем показывал. И, похоже, намеренно.

Умный человек.

Добравшись до лодки, мы отправились на разведку. Павлик достал сканер, активировал его, руны на ободе разгорелись зеленоватым, и мы неспеша двинулись по акватории, делая вид, что рыбачим. Обошли старую шведскую крепость и начали планомерно лавировать между небольшими островами.