Книга Инквизитор. Охотник на попаданцев 1, страница 47 – Миф Базаров

Я тогда не сделал ничего.

Отвёл взгляд, сказал себе: «Позже разберёмся, не сейчас, дело важнее».

Тот попаданец до сих пор где-то ходит. В чужом теле. В форме. Может быть, продолжает работать. Получает жалованье. Сидит дома с чьей-то семьёй.

Я отложил инструменты и отошёл от мотоцикла, довольно любуясь работой.

В дверь позвонили, бросил взгляд на часы — половина девятого.

Открыл, на пороге стоял Пётр. Чисто выбритый, подстриженный, в новом тёмно-сером костюме при галстуке. От него пахло дорогим одеколоном.

Я смотрел на него секунду.

— В баню, — сказал он, перехватив мой взгляд. — Встреча со старым другом. Не спрашивай.

Перешагнул порог, поставил у двери свой саквояж.

— В архив завтра. После обеда, часам к двум. Я к тебе зайду.

— Пётр Христофорович, — сказал я, — а как же ужин?

Он лишь отмахнулся. Вышел. Дверь захлопнулась.

Я постоял немного в тишине. Потом вернулся к верстаку, собрал инструменты, протёр руки ветошью.

Почти десять. Надо поесть, а в холодильнике пусто. Думал зайти по дороге куда-нибудь, но так и не зашёл.

Вновь раздался звонок в дверь.

На этот раз на пороге стоял Димка. В руке бутылка коньяка. Улыбался как обычно.

— Игорь! Ну чего сидишь один, как сыч? Давай к тебе поднимемся, я угощаю. Расскажешь, как ты этого одержимого с Христофоровичем взял.

Я смотрел на Диму.

Вспомнил его взгляд на гравировку. Узнавание на долю секунды, которое он быстро спрятал.

— Слушай, давай лучше в ресторан, а то у меня в холодильнике шаром покати. Закуски нет, — я в театральном жесте развёл руками. Поедим нормально, там и поговорим.

Волков, не раздумывая, кивнул.

— Давай. У меня как раз место было забронировано «у Серебрякова», но решил, что друга навестить важнее.

Я хлопнул его по плечу.

Ресторан «У Серебрякова» примостился в двух шагах от Невского, в старинном особняке с видом на Мойку. За годы в Петербурге я заглядывал сюда раза два, и оба — на хвосте у коллег, обмывавших удачно закрытые дела. Самому, по доброй воле, прийти сюда и просто сесть за столик — боже упаси. Не мой формат: слишком тесный дорогой костюм, слишком пресная вырезка под пафосным соусом и бесконечный гул голосов, перемывающих кости театральным премьерам.

Нет, моё удовольствие — это гараж, запах масла и бензина, когда разбираешь двигатель и находишь причину, из-за которой мотоцикл чихал на холодную. Там хоть результат виден. А здесь только трата времени и денег.

Но вот Дима тут чувствовал себя как рыба в воде.

Мы сели за небольшой столик около окна. Играл рояль. Музыкант так виртуозно наяривал, что я невольно прислушался. Исполнитель делал странный акцент на басах, чуть запаздывал с педалью, отчего мелодия приобретала лёгкую хрипотцу. Будто играл не пальцами, а душой.

Я в музыке разбирался постольку-поскольку, мать когда-то заставляла учиться с братьями и сёстрами, но это «поскольку» позволяло отличить хорошего исполнителя от обывателя. Музыкант был хорошим. Он брал тему Второго концерта Рахманинова и разбирал её по косточкам, как опытный оружейник перебирает идеальный трофейный ствол, наслаждаясь безупречной подгонкой каждой детали.

— Игорь, ты какой коньяк предпочитаешь? — Волков уже развалился на диване, расстегнул пиджак и положил руку на спинку.

— Мне без разницы.

— Э, нет, так не пойдёт, — Дима щёлкнул пальцами, подзывая официанта. — Голубчик, вот это забери пока, а нам пока принесите особенного, да, вы знаете.