Книга Гроза пустошей, страница 20 – Жанна Пояркова

— Я научусь от тебя быть спокойной и незаметной, так что больше никто не посмеет просить меня надеть ошейник. И не забывай, что я умею зажигать костер, а в путешествиях это важно.

— Что? – мы с Джеком переглянулись.

Пиро не стала отвечать, погрузившись в непостижимый внутренний мир девушки-подростка, сняла куртку и начала над ней колдовать с ножом. Пока Ястреб Джек спал, как бревно, а я всхрапывал и ворочался, Хайки усердно отковыривала куски кожи. Проснувшись утром, первое, что я увидел, – это нескромную надпись «Гроза пустошей».

Утро встретило меня гомоном и запахом свежих лепешек. Мы заснули прямо в чайхане – впрочем, для Балха это в порядке вещей. Каждый маленький стол обкладывался грязноватыми, но удобными подушками, так что разморенные едой, выпивкой и усталостью люди вполне могли и подремать. Попробовали бы вы такое провернуть в Новой Сативе! Вот за это я и любил Балх.

Я вышел наружу, подошел к канистре с водой и ополоснул лицо. Солнце уже начало подниматься над плато, и, задрав голову, можно было следить, как оно окрашивает лица безмолвных божеств. Несмотря на вчерашнюю тряску в тарантасе Хайки я ощущал себя довольно бодрым.

— Ох, черт… – сама пиро находилась в противоположном настроении.

Она пробрела мимо курящих караванщиков, еле разлепив глаза-щелочки, и со вздохом опустила голову в канистру. Пиро не была жаворонком.

— Как спать хочется-а… – промычала она и потрясла мокрой гривой. – Не знаю, как ты, но я никуда не двинусь, пока не помоюсь в чане с горячей водой. Мне кажется, у меня все липкое. И ладони, и спина, и даже ноги. А еще меня изгрыз какой-то клоп. Плюс вы оба изрядно пованиваете.

— Это влетит в копеечку, – решил немного поиздеваться я. – Дорогое это удовольствие – ванны в пустыне.

Пиро начала негодовать и в процессе приободрилась. Ястреб Джек потянулся, разглядывая проезжающих мимо верблюдов. Некоторые торговцы предпочитали ненадежным механизмам проверенных веками животных, так что зверей в Балхе хватало. Разноцветные фонари начали тускнеть перед лучами жадного пустынного солнца. Город стремительно оживал. Перекрикивались, загружая товары, торговцы, сонно тащились после ночной попойки охранники, носились дети, отщипывая по куску свежей булки то тут, то там.

— Ты что, мыться не собираешься? – удивилась Хайки, глядя на проспавшего всю ночь в шарфе Ястреба Джека.

В ответ на изумление в голосе пиро он не слишком обильно прыснул в глаза воды и повернулся ко мне:

— Я бы хотел выпить фрайха. Пока вещи видятся очень мутными.

Было часов семь утра, но в Балхе встают рано, такие традиции. Чайхана уже снова забурлила приезжими и уезжающими. Мы заказали три кружки фрайха – темного, горячего и горького заменителя кофе, который в оригинале можно найти разве что в Сативе, в смеси с бодрящим привкусом бадьяна и перца. Даже если ты находился в коме, фрайх как следует вставлял и приводил жизнь в порядок.

Хайки все равно казалась мрачноватой, а вот Ястреб Джек после половины кружки повеселел и опять начал распространять вокруг себя непонятную атмосферу обыденности, удовлетворенности и добродушного разгильдяйства.

— С тобой все в порядке? – поинтересовался он.