Книга Гроза пустошей, страница 34 – Жанна Пояркова

Хайки сидела, сложив руки на коленях и подставляя лицо сквозняку. Было ли это способностью Джека успокаивать людей или способностью Хайки под каждым кустом находить загадки и знаки дзен, я не знаю, но заканчивался второй день нашего совместного путешествия – а ни один шатер в Балхе не превратился в пепел.

Вот это действительно было странно.

Солнце почти село за горизонт, а ночные песчанки завели неловкую пискливую песню, когда мы добрались до Мастерской. Ангары, в которых жили, тренировались и хранили свои пожитки механиндзя, обливали оранжево-песочные закатные лучи. Пустоши в преддверии сумерек заполнялись магией, ветерок пробегал по лицу, суля приключения. Все кажется более значительным, чем есть на самом деле, на закате – и кусты, и колеи, и редкие крики пустынных птиц. Во всем можно было при желании прочитать знаки.

Часовые на холмах встретили нас настороженно, а я бы мог их и не заметить, если бы не Ястреб Джек. Сумеречные тени с клинками сопроводили нас вниз по холмам. Бесшумные, смертоносные, полные непривычной убийственной грации, подручные Рё заставляли меня напрягаться. В старых текстах японских воинов любили поэтизировать, но механиндзя, несмотря на тягу Рё к забытым эпосам, без сомнения были мясниками, способными отделить голову от туловища в один миг.

Мастерская поддалась не сразу. Сначала пришлось торчать в воротах перед древним роботом с противным, угрожающим голосом, который подошел бы для хитов с автотьюном. Затем я объяснялся о своих целях перед отрядом непробиваемых, загорелых дочерна мечников, на которых Хайки глазела, не скрывая восторга. После нас оставили ждать в потрепанном сарае с замаслеными деталями для мотоциклов, но рано или поздно желания сбываются – и вот мы трое стоим перед Рё, пока я излагаю легенду и уверяю его в том, как сильно нуждаюсь в паре наемных убийц высшего класса.

Рё принял нас в маленьком садике перед додзё^[7], изображая отдыхающего азиатского феодала. Образу расчетливого военачальника сильно помогал цепкий, сканирующий взгляд, но несмотря на отсутствие романтики, Хайки совершенно растаяла. Рё весь был бело-золотым – от одежды до светлых волос – и использовал внешний вид в качестве сообщения измызганным босякам и пыльным бродягам пустошей. «Я – король», – вот что говорил облик главаря механиндзя. У него было достаточно денег, силы и связей, чтобы раздобыть себе редкие в пустошах вещи.

В открытой пустыне таких пижонов встретишь едва ли – Рё облачился в широкие легкие хакама^[8] и свободную белую рубаху с золотистой оторочкой, на бедрах висели два меча, словно на рисунках книг про боевые искусства. Я считал его более зрелым, но вблизи главе школы можно было дать лет тридцать пять – то ли чипы и медицина из городов, то ли тренировки скрадывали реальный возраст.

Обе его руки не были человеческими – высокотехнологичные импланты откуда-то с материка, значительно глубже Новой Сативы, наверняка и скелет модифицирован, так что встречаться с ним в бою бессмысленно. С высокой вероятностью клинки тоже дополнены – соединенный с имплантами процессор или еще какие фокусы, несмотря на декларируемый пуризм^[9], пускающий пыль в глаза. Черные искусственные пальцы действительно производили впечатление, особенно на фоне тонкой ткани, где они выглядели особенно жестко и угрожающе. Сильный контраст.