Книга Добро пожаловать в Небесные Чертоги!, страница 21 – Антонина Крейн

— А какой магический талант у тебя?

Феликс широко улыбнулся:

— Ну, у меня его нет.

Я не поверил:

— Как это?!

— Вот так. Тогда как нормальные колдуны пестуют свой дар и благодаря ему делают «квантовые скачки» и, фигурально выражаясь, превращают «1+1» в «11», я, колдун без особого таланта, просто учусь всему. Из-за этого мой максимум – 99 % процентов, зато в любой области магии. Благодаря моему упрямству этого вполне хватает, чтобы снова и снова становиться номером один среди коллег.

— У вас есть какой-то рейтинг? – не понял я.

Феликс кивнул:

— Да, рейтинг эффективности и популярности колдунов Ордена. Ну, пару раз меня сшибала на второе место одна негодная псина, но все же три победы за пять лет за мной!

Вдруг мой телефон, лежавший на столе, завибрировал. Да так сильно, что малыша Рыбкина аж подбросило, стерев с его лица довольную улыбку.

Это сработал будильник, подписанный как: «Пора выходить». Я часто ставлю себе разные напоминания в течение дня, чтобы точно никуда не опаздывать и поменьше нервничать. Моя сестра шутит, что я заранее тренируюсь быть брюзгливым стариком с маразмом. А вот я не шучу, говоря, что она станет городской сумасшедшей, гоняющейся на велосипеде за юными красавчиками.

Мы с Феликсом спешно засобирались на миссию. Моя полномасштабная беготня казалась еще более бестолковой, чем наносуета Рыбкина.

Надо сказать, что большинство магических артефактов Феликса хранилось в кладовке. Но не спешите представлять себе забитую вещами пыльную каморку – кладовка Рыбкина выглядела скорее как модная гардеробная.

Но потом оказалось, что за дверцами благообразных шкафов и ящиков из белого дерева прячутся далеко не только носки-рубашки-толстовки. Нет, там хранились еще и серебряные кинжалы, и обсидиановые стилеты; агаты, азуриты, аквамарины и прочие магические камни; благовония, привезенные из Индии и Китая; колоды Таро, старинные книги заклинаний, кладбищенская земля в банках и кости хищников… Всевозможные вещицы, которые могут потребоваться колдуну.

Это была самая ценная и опасная комната в нашей обманчиво мирной квартире в доме у Львиного моста.

Только зелья Феликс хранил отдельно: в тех самых верхних ящиках на кухне, в которые я теперь иногда заглядывал просто для того, чтобы полюбоваться переливающимися загадочными эликсирами. И крупное оружие было припрятано в тайниках, которые мне еще предстояло найти.

Я уже был нагружен амулетами и артефактами сверх меры, когда Феликс деловито посоветовал:

— Вот этот сиреневый флакон с пульверизатором с собой тоже возьми.

— Что там? Исцеляющее зелье?

— Почти. Святая вода.

В итоге вещей оказалось так много, что со стороны можно было решить, будто я собираюсь в недельную поездку. Пришлось одолжить у Феликса чемодан – выяснилось, что стражи часто ездят на серьезные миссии с ними. Как можно было догадаться, чемодан Рыбкина оказался таким же, как значительная часть гардероба, – бежево-белым.

В сочетании с привычной мрачностью моего облика создавалось впечатление, что я спер этот чемодан, настолько он мне не подходил.

— Не переживай, купишь себе потом эдакий хромированный гроб на колесиках, – утешил Феликс. – Пусть чудовища и люди на улицах сразу видят: этот парень серьезно настроен!

Я только вздохнул. Потом посадил Рыбкина в карман – и мы отправились на дело.