Книга Владычица Авалона, страница 135 – Мэрион Зиммер Брэдли

Часть добычи, отобранной у пиратов, разбитых на следующий же день после свадьбы адмирала, Караузий вернул законным владельцам. И послал в Рим за разрешением продать все то, на что никто не заявил своих прав, а вырученные средства вложить в оборону Саксонского берега.

И даже будучи дома, Караузий почти все время проводил со своими офицерами: корпел над картами, обсуждал стратегию. Телери почти не видела мужа. Поначалу она облегченно выдохнула: она-то боялась, что мужские прикосновения вновь пробудят в ней воспоминания о страшном насильнике, но практики Авалона сослужили ей добрую службу.

Когда Караузий искал супружеской близости, ей нужно было всего-то отозвать свой дух из тела – и она ровным счетом ничего не чувствовала, ни боли, ни страха. Ей и в голову не приходило, что муж это замечает; но спустя какое-то время Телери начала подозревать, что он нарочно ее избегает.

В день середины зимы римляне праздновали Сатурналии. Адмирал дал своим людям выходной и вернулся на виллу: он нуждался в отдыхе, как никто другой. В канун солнцестояния был устроен пышный пир. То было время для веселья и радости, и вино лилось рекой. Даже Телери позволила себе чуть больше сладкого галльского вина, чем обычно. На Авалоне эту ночь отметили бы священными обрядами, дабы, подобно повитухам, помочь новорожденному солнцу вернуться в мир. Телери видела церемонии зимнего солнцестояния только раз – и однако ж при одной только мысли об их красоте на глаза у нее наворачивались слезы.

Так что она немного злоупотребила вином – и к вящему своему изумлению, когда все встали от стола, обнаружила, что ноги у нее подкашиваются.

— Меня ноги не держат! – возмущенно воскликнула она. Люди засмеялись; да ей и самой это показалось ужасно забавным. Но от хохота она и впрямь зашаталась – Караузий едва успел подхватить ее на руки. Глядел он озадаченно – словно сам не понимал, как она туда попала.

— Я твоя жена, – торжественно покивала она. – Можешь меня отнести.

Караузий понес ее по коридору; голова у Телери кружилась, перед глазами все плыло; она крепко-накрепко вцепилась в мужа – и не выпустила его даже тогда, когда он бережно уложил ее на постель.

— Послать за твоей прислужницей, чтоб она тебя раздела? – спросил Караузий, пытаясь осторожно разжать ее пальцы.

— Раздень меня сам, муженек, – пробормотала Телери, посмотрела ему в лицо и улыбнулась. Она и сама знала: ею движет не любовная страсть, но одиночество. Однако если он останется с нею, она перестанет неотступно думать про Авалон.

— Ты просто выпила лишнего, – успокоил Караузий. Мышцы его рук уже не ощущались твердыми как камень под ее пальцами.

— Так и ты тоже! – неожиданно хихикнула она.

— И в самом деле так, – удивленно отозвался он, словно совершив неожиданное для самого себя открытие.

Телери потянула его за тунику; Караузий тяжело плюхнулся на постель рядом с женой и неловко поцеловал ее. Просто быть рядом, просто прижаться к родному человеку – уже утешение, думала про себя молодая женщина, когда Караузий принялся раздевать ее. На сей раз она искренне хотела, чтобы муж почувствовал себя желанным, да только почему-то мысленно отдалялась от него больше и больше, словно все это происходило не с нею. Когда наконец Караузий подмял ее под себя, Телери попыталась найти прибежище в круговерти обрывочных образов – но среди них неожиданно предстало лицо Аллекта.