Онлайн книга «Владычица Авалона»
|
Туман накатил громадной серой волной, затопив и луг, и болото, и само озеро, пока Вивиане не показалось, что в целом мире осталась только она одна. Девушка открыла глаза: ничего не изменилось. Земля лежала темной тенью под ее ногами; впереди чуть колыхалась вода. Она на ощупь двинулась вперед, пока сквозь белесое марево не проступил длинный силуэт плоскодонки – размытый и бледный, словно туман вытянул из нее не только краски, но и самую сущность. Однако ж даже ее измененному восприятию лодка показалась вполне осязаемой; когда же девушка вошла в нее и оттолкнулась шестом, плоскодонка знакомо накренилась, выплывая на глубину. Спустя мгновение-другое темные очертания берегов исчезли. Теперь Вивиана лишилась последней опоры – твердой земли, и утратила всякое чувство направления: в мутной хмари не за что было зацепиться смертному взору. Что ж, выбор за ней: просидеть так до рассвета, когда ветер с земли разгонит туманы – или попытаться пробиться сквозь туманы на Авалон. Вивиана принялась вызывать из глубин памяти заклинание. Ее учили, что для каждого, кто им пользуется, оно немного отличается – а порою меняется еще и всякий раз, как к нему прибегают. Роль играли не слова как таковые, но сущности, к которым слова подбирали ключи. Недостаточно было просто проговорить заклинание: слова служили только мнемонической подсказкой: благодаря им начинал преображаться дух. Вивиана представила себе гору, в определенном свете похожую на фигуру спящей богини. Представила себе Грааль – сам по себе он самая обыкновенная чаша, пока не посмотришь на него глазами духа. Что такое туман, когда он не просто туман? Что есть преграда между мирами? «Нет никакой преграды…» – вторглась в ее сознание нежданная мысль. — Что такое туман? «Нет никаких туманов. Это просто иллюзия». Вивиана задумалась. Если туман – это иллюзия, тогда как же быть с землей, которую он скрывает? Неужто Авалон – это наваждение, морок? – или, может статься, иллюзорен христианский остров? Возможно, ни то, ни другое не существует за пределами ее сознания, но тогда что такое «я», их вообразившее? Мысль следовала за иллюзией по бесконечной спирали абсурда, на каждом повороте теряя связность: границы, с помощью которых люди очерчивают бытие, стирались одна за другой. «Нет никакого “Я”…» Мысль, что еще недавно была Вивианой, затрепетала в преддверии распада. Некое шестое чувство подсказывало, что в этой тьме и утонула Анара. Значит, это и есть ответ – и ничего не существует? «Нет ничего… и есть Все и Вся…» — Кто Ты? – воззвал дух Вивианы. «Твое “Я”…» Ее «Я» – это ничто, тусклая искорка на грани исчезновения; и тут – в тот же миг, или мгновением раньше или позже, ведь Времени здесь не существовало – ее «я» влилось в Божественное Начало, стало лучезарным светом, заполонившим все сущности. В момент вечности без начала и конца она оказалась причастна к этому упоению восторга. А затем, словно лист, недостаточно легкий, чтобы парить на ветру, она рухнула вниз, и вовнутрь, вновь вбирая в себя все утраченные составляющие. Но Вивиана, которая вернулась в плоть, была уже не совсем той, которую исторгли из тела силой. А пока она переосмысливала себя, к ней вернулся голос, и она вслух пропела заливистое заклинание перехода, и с его помощью переосмыслила мир. |