Книга Лесная обитель, страница 121 – Мэрион Зиммер Брэдли

Правы были ее наставницы: Земля Живущих и мир людей лежат рядом, как складки плаща: там, где они соприкасаются, рубеж пересечь нетрудно. А может статься, миры подходят так близко друг к другу не всегда, но лишь в особые дни – вот как сегодня, после того, как жрицы пропели священные гимны.

В том лесу, в который еще недавно вошла Эйлан, росли дубы, орешник и терновник – словом, как везде. А здесь одни деревья казались знакомыми, а других она совсем не узнавала. Рядом с могучим дубом девушка заметила деревце с серебряной корой и мелкими золотыми цветочками. Рябина была усыпана и белыми цветами, и алыми гроздьями ягод, хотя в мире смертных время цветения миновало, а ягоды на ветках еще не созрели.

Дурманящий цветочный аромат кружил голову. Теперь Эйлан ясно видела тропу, шагала по ней куда более уверенно – и от восторга едва не позабыла, зачем сюда пришла. Девушка смутно осознавала, что, вероятно, такое обольщение чувств таит в себе величайшую опасность, и попыталась вспомнить о своей цели. Не что иное, как обостренное чувство долга, заставило ее остановиться на полянке, где серебристые березы и рябины шелестели под благоуханным ветерком – ни дать ни взять юные девушки, что сошлись на празднество. Эйлан зажмурилась.

— Владычица и госпожа, помоги мне! Духи этого места, я чту вас… – тихо проговорила она. – Прошу, явите мне милость, укажите, куда мне должно идти…

Снова открыв глаза, девушка увидела между деревьями широкую дорогу, по краю отмеченную необтесанными камнями. Она двинулась по ней, ступая с неспешной, выверенной грацией – послушниц обучали такой походке для участия в церемониях. Вскоре Эйлан дошла до того места, где путь пролегал между двух стоячих камней, покрытых резными узорами из спиралей и треугольников. А за ними обнаружилось озерцо: воды его загадочно мерцали, словно отражая свет незримой луны.

Затаив дыхание, Эйлан прошла между двумя менгирами и вгляделась в воду. Этому, по крайней мере, ее обучали – еще в самом начале своего послушничества она овладела умением прозревать прошлое, настоящее и будущее в чаше с водой. Налетевший порыв ветра взбаламутил озерную гладь, а когда рябь улеглась, девушка поняла, что чаша с водой в сравнении с могуществом озера – все равно что свеча рядом с солнцем.

В глубинах озерца Эйлан увидела море – оно переливалось изумрудно-сапфировыми оттенками под синим хрустальным куполом небес. Девушка все глядела, не отводя глаз: и вот озеро, и лес, и камни – все исчезло, а она парила над волнами, словно крылатая птица. Посреди моря лежал остров в обрамлении утесов из красного песчаника; тут и там среди темной зелени рощ белели храмы. На самом высоком холме красовался храм, затмевающий величием все прочие; купол его блестел золотом.

Эйлан устремилась вниз. Вдоль парапета, вглядываясь в морскую даль, расхаживала женщина в белых одеждах. На шее и запястьях женщины блестело золото, золотой венец сверкал на ее челе, волосы полыхали пламенем, но глаза ее были глазами Кейлин. Из храма вышел юноша, опустился перед нею на колени, прижался лбом к ее животу. Жрица благословила его. Эйлан заметила, что на предплечьях юноши вытатуированы извивающиеся драконы. Голос, подобный шуму дождя, запел: