Книга Фронтир, страница 279 – Яков Литвинов

— Госпожа Серебрякова, для меня честь видеть вас сегодня. – Савин, который встречал всех гостей на входе в зал, поцеловал ей руку. – Полковник Демин, спасибо за вашу службу и спасибо, что пришли.

— Для меня честь быть здесь, министр. Нечасто простой чиновнице удается оказаться среди высшего света Роксоланы. – Они взяли по бокалу шампанского и прошли дальше.

— Винсент, мальчик мой! – Савин принялся энергично жать руку Винсенту. – Спасибо, что помог привести Серебрякову, – шепнул он, приблизившись к нему.

— Солнце новой жизни, – улыбнулся в ответ Винсент и прошел вслед за Серебряковой.

— Здравствуйте… – Савин безуспешно попытался понять, кто перед ним стоит.

— Здравствуйте! – Ахимас быстро и крепко сжал ему руку и пошел дальше. Сегодня он специально надел на большой палец перстень, чтобы сделать Савину больно при рукопожатии.

Винсент понятия не имел, чем себя занять на подобных мероприятиях. Серебрякова разговаривала со своим братом, который тоже пришел этим вечером. Ахимас пошел отключать периметр, чтобы Анна проникла внутрь, так что он просто смотрел по сторонам, пытаясь узнать людей, которые были в ложе. Естественно, Михаил на этот прием не пришел. Винсент спрашивал у него об этом, и тот ответил, что никогда не ходит к Савину и вообще на подобные мероприятия просто потому, что ему неинтересно. Сегодня он был в Базлуке, где в очередной раз раздавал еду нуждающимся.

– Тебе неприятно. Я чувствую это. Ты предаешь друга, которого, как ты думаешь, можно спасти. Вырвать из рук зла и направить на путь истинный. Ты так отчаянно не видишь перед своими глазами правды. Почему? Тебе настолько не хватает друзей? Или ты ищешь замену мертвой сестре?

— Заткнись!

Прошедший мимо Винсента человек удивленно посмотрел на него, но ничего не сказал и пошел дальше.

– Это было вслух.

Что-то в этом человеке показалось Винсенту странным и отталкивающим, будто человеческую личину натянули на робота. Бледность кожи, черты лица, необычная форма ушей. Конечно, это могли быть результаты косметических операций. А еще Винсент обратил внимание, что незнакомец был единственным мужчиной с длинными волосами, собранными в хвост. Они были такими черными, что он мог бы спутать его с Серебряковой.

— С тобой всё в порядке? – спросил подошедший Демин.

— Да… Простите. Я сам с собой…

— Послушай, я давно хотел с тобой поговорить. Как ты? Вообще. Столько всего было за этот год. Еще и работа под прикрытием. Это и страшно, и тяжело.

— Да. Не очень приятно. Иногда кажется, что приходится обманывать в целом неплохого человека…

— Ты можешь пощадить врага, Винсент, но пощадит ли враг тебя? Зло всегда стремится выдать себя за добро – старая как мир притча. Этот человек сам сделал свой выбор, добровольно.

— Я стараюсь держать это в голове, но от сомнений избавиться непросто.

— Я знаю, парень. Быть хорошим солдатом значит вечно держать баланс между тем, что должно и что верно, не сойти с ума от компромиссов с совестью и, несмотря ни на что, пытаться остаться человеком. Кто поклялся на флаге, себе не принадлежит, но будет ли это хоть что-то значить на пороге вечности? Я вижу, что прошедший год не сломал тебя.

— Честно говоря, я был более сломленным, когда мы встретились. Сейчас я начинаю что-то понимать в своей жизни.