Книга Не идеальная жена для предателя, страница 26 – Tommy Glub

— А Дима? — девушка сглотнула, а пальчики на моей рубашке дрогнули ещё раз. — Я хочу его увидеть. Пожалуйста.

— Вот захочешь, — усмехаюсь, вкладывая в слово двойной смысл. — И увидишь.

— Вит… Пожалуйста, — ещё раз пытается. — Ты не представляешь, насколько это невыносимо.

— А ты не представляешь, насколько невыносимо, когда тебя предаёт твой любимый человек, — хмурюсь, вернув ей свою боль. Мы оба ранены друг другом. Так что я понимаю её последующий шок..

— Я? — Карина ахнула. — Я не представляю, Вит? — тихо шепчет она, называя меня по имени. Наконец-то. — Ты посадил меня. Ты поверил Алисе, а не мне. Ты решил, что я способна… На такое, — бормочет она в моих руках, уже не пытаясь вырваться. А я наслаждаюсь её запахом. Боль уходит на второй план. Я лишь хочу, чтобы этот миг не заканчивался.

— Ты была не в себе, Карина. И сомневаюсь, что сейчас ты можешь адекватно воспитывать нашего сына. Потому и защищаю его.

Всхлип. Удар. Ещё удар. Всхлип.

Она несколько раз стучит по моей груди и просто содрогается в плаче. Вот это — совсем не то, что я ожидал от неё. Девушка прижимается лбом немного ниже своих кулаков. Меня просто ведёт от её реакции. И я жму её ближе к себе. Настолько нам обоим невыносимо, что вокруг ничего не слышно. Стук пульса в висках почти глушит… За долгие годы брака я видел, чтобы она плакала всего два раза — на похоронах её матери и отца. Она всегда была сильной и никогда не давала слабину. А сейчас…

— Я нормальная, — шепчет она. — И я докажу, что нормальная, — воспользовавшись моим шоком, она выбирается из рук и отходит, вытирая слёзы. — Если меня хотят сейчас убрать, могут воспользоваться сыном. Защити его, — не смотря на меня, она развернулась и пошла к выходу. Даже побежала. От меня, от себя и от всего, что её ранит. Я её раню. Безусловно, это факт.

— Ты слышал, — смотря ей вслед, обращаюсь к телохранителю. — Удвой охрану Димке, — сглотнул. — И поднимите архивы. Я хочу снова пересмотреть материалы её дела.

Удар сладко чувствуется вибрацией по всей руке. Ещё один удар. Кулаки горят от частого столкновения с грушей даже через перчатки. Кровь бешено стучит в висках, а сонливости как и не было. Снова и снова, пока есть силы. Уже второй раз за сутки, чтобы не выбивать из Алисы её дурь. Чтобы дышать не только Кариной. Чтобы не прокусить пальцы или губу. Вдох-выдох. Снова глухой удар в грушу. От силы удара она бы давно затряслась, но Лёшка держит её, принимая какую-то долю ударов на себя. А я разошёлся и уже не могу остановиться. Мне так хуёво, что всё остальное просто не важно. Алиса ждёт дома. Сына давно не видел не спящим… Но блять, больно так сильно, что мне и это не важно. Почти что сжигаю внутри душу от стольких противоречивых чувств.

— Виталий Григорьевич, входящий от вашей жены, — почему-то сразу вспоминается Карина, а не Алиса. Только спустя пару секунд я дёргаю головой, чтобы избавиться от фантомного образа и запаха бывшей и ещё яростнее бью по груше.

— Блять! — вырывается у меня с ударом вместе. — Скажи, что я занят.

— Говорил, Виталий Григорьевич, — напомнил Пашка. — Она говорит, чтобы я шёл к чёрту, после того как отдам вам телефон, — прямолинейность помощника улыбает. Я бы даже засмеялся, но хочется только орать. Да так, чтобы боль ушла хотя бы на минуту…