Книга Самая милая пара, страница 29 – Мэри Кубика

Проблема заключалась в том, что Джейк не работает по воскресеньям, если только он не на вызове.

Он хотел, чтобы я была с ним дома, хотя ничего на этот счет не сказал. Предполагалось, наверное, что я просто должна была знать. Может быть, посредством телепатии, хотя в последнее время, даже когда мы оба дома, он предпочитает быть один, а не со мной. У меня даже сложилось впечатление, что всякий раз, когда я захожу в комнату, где находится Джейк, он находит причину, чтобы выйти.

Когда я вернулась домой после семи, он встретил меня ледяным взглядом из другого конца комнаты. Не произнес ни слова, только пил «Виски сауэр». Сначала мне даже почудилась угроза в этом мрачном тяжелом взгляде. Почему-то вспомнилась та женщина, которую он оперировал и которая умерла после операции. Джейк сказал, что ее застрелил муж и что у нее умер ствол мозга. Не знаю, почему я вспомнила о ней именно тогда, но мне вдруг пришло в голову, что муж ведь мог застрелить ее за что-то совершенно невинное. Например, за то, что она провела день со своей матерью.

— Ваш муж относится к группе повышенного риска?

Я возвращаюсь в здесь и сейчас.

— В каком смысле?

— У вас есть основания подозревать криминальный характер исчезновения? – бесстрастно спрашивает дежурная, глядя на меня через пуленепробиваемое стекло.

— Какие, например?

— Например, следы борьбы, беспорядок в доме или машине. Кровь. Оружие.

Я качаю головой.

— Нет, ничего такого. Но где его машина, я не знаю.

— Марка и модель автомобиля?

Я называю.

Она кивает.

— O’кей, мэм. Ваш муж нуждается в медицинской помощи? Он принимает прописанные лекарства, которых может не иметь при себе?

Я снова качаю головой. Джейк не принимает никаких лекарств, только добавки, без которых вполне может обойтись.

Дежурная печатает что-то на компьютере, потом поднимает глаза и спрашивает, не является ли Джейк психически неполноценным.

— Нет. – Я понимаю, к чему она ведет. Люди из группы повышенного риска, несовершеннолетние и так далее требуют большего внимания, чем почти сорокалетний, физически полноценный Джейк.

— Возможно ли, что ваш муж, миссис Хейз, отсутствует по собственному желанию? – Она смотрит на меня.

— Что вы имеете в виду?

Я, конечно, знаю, что она имеет в виду. Зачем спрашиваю? Наверное, чтобы потянуть с ответом.

— Возможно ли, что он ушел из дома по собственному желанию?

— Да, – говорю я, решив быть в этом вопросе максимально честной, потому что, скорее всего, так оно и есть.

Пока та женщина не позвонила из больницы, я была уверена, что так оно и есть. Но для Джейка нехарактерно пропускать работу. За все годы врачебной практики он ни разу не пропустил ни одного дня, даже когда ординатором выходил в изнурительные восьмидесятичасовые недели и выматывался до предела. Независимо от обстоятельств, он выходил на смену каждый день, как по расписанию. Работа значит для него все. Это единственное, что для него важнее, чем я.

— Возможно, Джейк ушел по собственному желанию, но я так не думаю, потому что он уже несколько дней не появлялся на работе, а работу мой муж не пропускает. Он – врач. Нейрохирург. Спасает людям жизнь. И он очень добросовестный и ответственный. Кроме того, Джейк просто любит свою работу. Он бы не стал пренебрегать своей репутацией. Думаю, с ним что-то случилось.