Книга Призрак поместья Торнхилл, страница 122 – Альва Морис

На том мы с Капитаном расстались.

Домой я отправился пешком и потому добрался лишь ближе к полудню. Весь путь я размышлял, зачем вообще туда иду и что буду делать. Ответа не обнаружилось. По квартире все еще валялась наша одежда – впервые в жизни я не нашел в себе сил, чтобы убрать бардак. Все они ушли на то, чтобы не смотреть на кусок бордовой ткани, слишком напоминающий женское платье.

«Вивьен Бернелл^[28], словно оправдывая свою фамилию, сгорела, а вместе с ней сгорели и мои мечты на новую жизнь где-нибудь подальше отсюда».

Откопав в недрах кухонного шкафа забытую бутылку с чем-то спиртным, я завалился на стойку и отпил отвратительно-горькое пойло.

— Так ты отмечаешь мою бесславную кончину?

Пойло выплеснулось на столешницу, так и не дойдя до горла. Из-за колонны выглянула Вивьен, усиленно натягивая мою футболку до самых колен.

— Вивьен? – Я отчаянно пытался сфокусировать зрение на этой оранжевой точке, но она стояла против света, который сейчас просто ослеплял.

— Ответ неверный, Ларсен, – горьковато усмехнулась оранжевая точка, покрутив нечто металлическое в руке. – Лили Кристина Болейн.

Что вы видите, когда приходите на кладбище? Аккуратные ряды надгробий среди подстриженных кустов? Возложенные цветы? Скорбящих людей? Это странно, но я вижу свое детство.

На заднем дворе Торнхилла располагалось небольшое фамильное кладбище, и мы с Лили часто играли на могилах умерших родственников. Ребекка устала нас гонять и в конце концов смирилась. Дэймон, живущий на соседней улице, и его банда не любили сюда приходить, а это означало, что у нас образовывались благословенные часы без их издевательств – на правах старших они постоянно нас изводили.

Лили хоть и оставалась ниже на полголовы и младше на четыре года, но всегда была сильнее и решительнее меня – она лезла в драку даже с мальчишками. Я видела, что они ее побаиваются. Дэймон потом из мести часто наставлял тумаки мне или втихую ломал наши игрушки, зная, что Лили это взбесит.

Да, Лили всегда была сильнее. Просто в тот роковой вечер мне повезло больше и пламя забрало ее, а не меня. Горькая ирония – девочка, что всегда пряталась в стенах ненавистного поместья Торнхилл, закончила свою жизнь там же. Никем не узнанная, всегда скрываемая – даже после смерти Лили осталась секретом. Я предпочла не сообщать репортерам все, что узнала перед тем, как огонь окончательно ее поглотил.

— Прах к праху. – Адриан положил небольшой букет маргариток на могилу Ребекки, я следом – приготовленные лилии для сестры.

— Мне все не хватало духу сюда вернуться. – Я сунула озябшие ладони в карманы джинсов, оглянувшись на останки поместья.

Торнхилл возлежал истлевшими костями на не оправившейся после пожара земле – в нос ударил фантомный запах гари. Поместье досталось мне, но я до сих пор не подписала бумаги на окончательный снос здания. Просто ждала, сама не знаю чего. И Торнхилл тоже ждал.

— Не скрою, мне тоже тяжело здесь находиться. – Ларсен закурил, протянув мне пачку. – Никогда в жизни так не боялся.

Неожиданное признание вырвало из собственных мыслей – я глянула на Адриана, который, напротив, будто ушел в себя. Не хотелось мешать или спугнуть, потому я просто осталась молча слушать, выдыхая горький дым, отдававший привкусом щепок.