Книга Отражение тени, страница 31 – Алексей Белый

Ему казалось, что в этой глуши его никто не узнает. Кому интересны новости из городов, когда главная тема для обсуждения всего поселка: разведутся ли Маня с Пашей после пьяной драки.

Но как только он купил в магазине продукты, в полицию поступил звонок.

* * *

Петров набрал номер Семенова и сообщил, что Моисей Абслер в Покровском. Всю полицию села подняли по тревоге, а из Нижнего Тагила на подмогу выехало десять экипажей патрульно-постовой службы.

Услышав переговоры по рации и по телефонам, я поняла, что петля затягивается и я не смогу сделать свою работу. Выпив пару глотков абсента, переложив револьвер из сумочки в карман пальто и зачем-то добавив к нему наручники, лежащие на столе, я решила выйти на улицу покурить.

— Где в деревне может прятаться эта тварь? – спросила я сама себя, и мозг, подпитываемый алкоголем, выдал картину подвала жилого дома.

Вставив сигарету между пальцами левой руки, я, продолжая курить, пошла прогуляться по улицам, изучая подвалы на предмет наличия замков. Правой рукой я сжимала револьвер в кармане пальто. В самом конце улицы заметила дверь в подвал, на которой не висел замок. Я открыла ее и крикнула внутрь:

— Есть кто живой, я вешаю замок?!

Никто не отозвался, но я знала, что он там.

Закурила еще одну сигарету, рука кричала болью, сигнализируя о том, что я рядом с убийцей. У меня в голове была одна мысль: «Почему я не взяла бутылку с собой?» Боль была невыносимая, и я, зайдя в подъезд, постучалась в первую попавшуюся квартиру.

Мне открыла дверь пожилая женщина.

— Извините, пожалуйста, у вас есть крепкий алкоголь? Я заплачу. – Я помахала кошельком.

— Ты непохожа на алкашку, твоя одежда дороже моей квартиры. Что случилось, деточка? – спросила женщина.

— У меня рука сильно болит, боль затухает только от крепкого алкоголя, – объяснила я.

— Заходи, есть у меня для растирания самогончик, сосед гонит, спину натираю, прогревает так, что утром снова бегаю как молодая, – ответила женщина.

— Мне стакан налейте, пожалуйста, – попросила я и протянула ей кошелек.

Женщина взяла его и вытянула сто рублей, хотя пятитысячных купюр там было намного больше.

Через минуту она принесла полный граненый стакан самогона и соленый огурец на вилке.

Стакан я выпила залпом и закусила огурцом. Он оказался хрустящим и с ощутимой перчинкой.

— М-м-м, вкусные огурцы у вас! – поблагодарила я.

Самогон вспыхнул в горле и желудке в несколько раз круче абсента, боль в руке стала угасать. Я немного закашлялась.

— Спасибо! Вы купите у соседа литров пять, я позже заберу, – попросила я и, достав из кошелька двадцать тысяч рублей, положила ей на тумбочку.

Голова начала кружиться, храбрости прибавилось, и я пошла в подвал. Открыв дверь, я отстегнула протез, лезвие со звонким металлическим звуком раскрылось и встало в боевое положение. Я засунула протез за пояс пальто на спине и, вытащив пистолет из кармана, пошла вперед.

Я шла по узкому коридору подвала, когда из темноты выпрыгнул крупный мужчина и, пнув мою правую руку, выбил пистолет. Потом он прыгнул на меня, надеясь повалить на землю, но он не подозревал, что встретит острое лезвие левой руки.

Моисей Абслер напоролся животом на острие моего оружия.

Я выдернула руку из его живота, надеясь, что он не загнется от потери крови до того, как расскажет мне все.