Книга Одержимость Старшего, страница 52 – Яра Бах

Я смотрела в пол. В тёмный лак паркета, в котором отражался свет люстры. Искры на коже пришлось гасить усилием воли, сжигая себя изнутри.

— Мерзкое же создание у меня уродилось, — произнёс он.

Голос спокойный, даже скучающий. Как о погоде. Как о том, что на ужин подали не то мясо.

Я молчала. Смотрела в пол. Ждала.

— Я проведу ритуал, — продолжил он. — Ты присягнёшь служить мне. Исполнять только мою волю. Дышать только, когда я разрешу. Жить только, пока я буду в этом заинтересован.

Молчание.

Он молчал, давая мне время осознать. Потом наклонился вперёд, и его голос стал чуть тише, но от этого не менее ледяным.

— Меня бесит твой взгляд, Лия. Даже когда ты смотришь в пол. Твоё лицо слишком напоминает мне её. Твою мать.

Я дёрнулась, но заставила себя замереть.

— А ты догадывалась, — он растягивал слова, смакуя их, — что тот Алексей, которого ты всю жизнь считала своим отцом, намного лучше твоего настоящего? Догадывалась ли ты, глупая девочка, что была зачата только для одного — для уничтожения рода Мора?

В груди оборвалось. Я подняла голову. Сама не заметила, как.

Он смотрел на меня сверху вниз, и в его серых глазах не было ничего, кроме холодного, расчётливого удовлетворения.

— Что они тебе сделали? — голос сорвался на хрип. — За что ты так... со своей истинной?

Он усмехнулся. Коротко, безрадостно.

— Истинная. Одно название. Я уже обменялся волчьей клятвой с другой, когда мою невесту выкрали прямо с церемонии. Похитили и отдали старшему Мора. Только для того, чтобы усилить влияние их клана. А я навсегда остался рабом той, первой клятвы. И никакая истинная не смогла бы её сломать.

Он говорил спокойно, словно читал лекцию. Но в глубине его глаз я увидела — на мгновение — такую старую, такую въевшуюся боль, что она превратилась в камень.

— Твоя мать родила ему ублюдка. Марка. Но и этот ублюдок сыграл свою роль. Моя Джулия... та, с кем я обменялся клятвой... она с детства внушала Марку, что ему нужно уничтожить Адриана Мора. Забрать его Истинную себе, чтобы лишить род Мора силы. Но у нас получилось даже лучше, чем мы планировали.

Я слушала, и каждое слово врезалось в сознание раскалённым клеймом. Мир рушился. Не вокруг — внутри меня. Стены, которые я строила всю жизнь, надежды, иллюзии — всё это разлеталось в пыль.

— Ты ужасен, — выдохнула я. — Пусть Лунная богиня тебя покарает.

Он рассмеялся. Громко, открыто, запрокинув голову. Смех был жутким — в нём не было веселья, только торжество безумца, который слишком долго ждал.

— А-ха-ха! Идиотка! Думаешь, кто показал оракулу видение, что моя дочь станет истинной первенца Мора? Кто всё это спланировал? Мы с Джулией. Это было наше дитя — наша месть, зачатая много лет назад. Ты — инструмент, Лия. И ничего больше.

Он перестал смеяться так же резко, как начал. Откинулся на спинку кресла, и его лицо снова стало непроницаемым.

— Да ещё и чёрную волчицу в услужение заполучу. Двойная удача.

Я молчала.

Слова кончились. Чувства — тоже. Осталась только звенящая, ледяная пустота там, где раньше билось сердце. Вся моя жизнь, вся жизнь моей матери, всё, во что я верила — оказалось ложью. Подстроенной игрой. Чьим-то далеко идущим планом, где я была лишь пешкой. Удобной, ничего не значащей пешкой.

— Ты для меня ничто, — подтвердил он мои мысли. — И запомни: я убью тебя сразу, как только ты перестанешь быть полезной. Или послушной. Жди дальнейших указаний.