Книга Загнанная в силки, страница 52 – Юлия Герман

— Умница, – погладил меня по голове. – Сейчас помоемся и продолжим в спальне.

Уезжала от Гершвина уже около трёх часов утра на такси. Еще одним разом дело не обошлось. Ехала измотанная, оттраханная и без белья. Всю дорогу домой вытирала непрошеные слезы. Не смотря на полученное небывалое удовольствие плоти, в душе было гадко. Гадко настолько, что стало противно находиться в собственном теле. Меня словно осквернили, испачкали и от этой грязи больше никогда не отмыться. Придется привыкать к новой роли любовницы и учиться искать плюсы сложившемся положении, или же учиться жить с этими уродливым ощущениям использованной вещи.

Следующие две недели пролетели как один миг. Роберт Альбертович улетел из города на переговоры и я смогла выдохнуть. Никто меня не выдергивал вечерами из дома от детей и не ковырялся вилкой в душе, заставляя её мучиться и кровоточить. На второй день на заводе у меня появилось рабочее место и компьютер. Работа сразу же наладилась. Один за другим мне приносили документы и научные статьи для перевода. Порой у меня дымился мозг от узкоспециальных терминов. Но специфическая лексика меня не пугала, а наоборот подзадоривала. Я постоянно узнавала что-то новое и старалась выполнить свои должностные обязанности максимально качественно. Хотя, работать с бумагами перед монитором, оказалось совсем не то, что в языковом центре с детьми. Там мне нравилось проявлять творческий подход к подготовке и проведению уроков. Здесь же получалось сухо и невкусно.

Коллега-бабулька тоже привыкла к моему присутствию и даже не фыркала, когда мне лично приносили бумаги на перевод, а вместе с ними шоколад или конфеты. Мужичкам-начальникам отделов, понравилось заглядывать в библиотеку и отвлекать нас от работы. Я же никак не реагировала на настойчивое внимание мужского пола. Общалась лишь с Нелли Ивановной, в случае необходимости со Светой и со своей непосредственной начальницей Ольгой Викторовной, обитавшей в здании на противоположной стороне территории завода, потому что бюро регистрации находилось именно там.

На обеденных перерывах стала общаться с айтишниками. Сначала они мне помогали с настройками компьютера, а потом стала бегать к ним по несколько раз в день, распечатывая переводы. Как-то так повелось, что и в столовую мы начали ходить вместе. Девчонки и ребята из айти департамента, в основном мои ровесники и моложе, легко шли на контакт и общение с ними получалось непринужденным. Чего мне очень не хватало в рабочее время. Всё же отсутствие отвлекающих факторов улучшало скорость работы, но превращало её в тюремное заключение.

Сотрудники завода быстро прониклись ко мне и называли исключительно Уленькой, поэтому я молила всех известных богов, чтобы о нашей связи с генеральным директором ни за что не всплыло. Но на всякий случай сняла обручальное кольцо. Оно обжигало меня, после всего того, что мы успели натворить с мужем.

Сосредоточившись на работе и детях, морально готовилась к заключению сделки. Она должна состояться как только Пашу выпустят из лазарета. Старалась не думать о том, что будет после возвращения мужа. Слишком много боли причиняли эти размышления. Выстроила огромную стену между собой и мыслями о его измене. Но теперь и я ощущала глубокую вину перед супругом. Любая другая воспринимала бы связь с Робертом, как месть, а для меня это оказалось предательством.