Книга Загнанная в силки, страница 84 – Юлия Герман

— Никуда ты не пойдёшь, шлюха! Сначала нужно поработать. Какая тебе разница с кем, а мне ты жена! Не имеешь права отказать! – толкнул меня грудью на столешку, заводя руки за спину, удерживая их одной ладонью и задирая платье до пояса другой.

Нет, нет, нет! Он не сделает этого? Не возьмет силой! Не верю в это!

Пока сбегала по ступенькам вниз, не слышала ничего, кроме собственного шумного дыхания. Выскочила из подъезда на шатающихся ногах и рухнула на лавочку. Из ушей словно вытащили затычки, так резко звуки улицы ворвались в мой изуродованный мир, оглушая.

До сих пор казалось, что Паша дышит в затылок и влажно мажет губами по шее. Только теперь почувствовала как к пережатым запястьям начала поступать кровь, вызывая боль. И фантомы его пальцев, сдергивающих с меня трусики, до сих пор словно блуждали по половым губам. Ублюдок!

В висках стучало и было сложно дышать.

Дрожащими руками вытерла мокрые щёки. Передо мной опустилась крупная фигура.

— Ульяна! – сфокусировала взгляд на расплывающемся из-за слёз Вадиме. – Что случилось?

Встревоженный взгляд и напряженная челюсть. Похоже, вид у меня действительно неважный, раз даже у этого шкафа испуганный вид.

— Разговор вышел слишком эмоциональным, – сказала как-то безжизненно.

— Он вас тронул? – в голове парня слышалась настоящая угроза.

— За руки хватал только, – солгала.

Иначе нельзя. Скажи я правду и мои мальчики лишатся отца по-настоящему и на всю жизнь.

— Только хватал? -не верил помощник Роберта Альбертовича, приготовившись уже объяснять моему супругу то, как нужно общаться с женщинами.

— Не выпускал из квартиры, – говорила сухо, стараясь стереть из памяти пережитый ужас.

— Что еще он сделал? – не оставлял меня в покое амбал, явно запоминая все его промахи, чтобы припомнить позже.

— Ничего, – еще несколько вопросов и я выйду из себя.

— Почему у вас ворот блузки порван и волосы в разные стороны торчат?

— Говорю же, не выпускал из квартиры. Пытался остановить! – заглянула в светлые глаза парня, увидев в них недоверие и отражение взъерошенной женщины.

Не знаю, что именно повлияло на Кострова. Но когда он вжал меня лицом в обеденный стол и шарил рукой у меня между ног, я испугалась так, как никогда в жизни. Я не могла поверить в происходящее и особенно в то, что человек, собравшийся изнасиловать меня – тот самый Павел с кем я прожила одиннадцать счастливых лет и родила в любви двоих детей. Даже если бы не появился в моей жизни Роберт, то я ни за что, не смогла бы простить Паше насилие, ни физическое, ни сексуальное. Старалась пнуть его и вырваться, извивалась, но не собиралась облегчать ему задачу. Хочет взять женщину против ее воли, тогда пусть видит, насколько мне неприятно все это действо и он сам.

— Сейчас так вы*бу тебя, бл*дь, что визжать будешь и просить ещё. Во все дырки отымею, посмотрю чему научилась.

Из него сыпался поток жуткой грязи и унижений, а я задыхалась, от злости и беспомощности. Он был сильнее меня и держал так крепко, что не получалось даже хоть как-то задеть его ногой.

— Не смей меня трогать! Я не хочу тебя!

— Шлюха не должна хотеть, а только подставлять нужное отверстие, – слышала, как он расстёгивает брюки.

— Паша, я любою другого!– старалась хоть как-то докричаться до бывшего мужа, открыть глаза на происходящее. Да как он сам сможет жить с тем, что хочет сделать?! – Я ЛЮБЛЮ РОБЕРТА! Он тебя убьет если трахнешь меня! Только посмей сволочь и он мокрого места от тебя не оставит!