Книга Опорочить чемпионку, страница 107 – Юлия Герман

— Да что, блядь, с тобой такое? — выкрикивает он. — Ты же знаешь, что я не вижу никого, кроме тебя! И только и думаю, как скорее вернуться домой!

— Нет! Не знаю! Я сейчас только видела, как ты ей скалился и еще оправдывался за то, что не шастаешь по клубам! Я вообще сейчас ничего больше не знаю, потому что тебя нет со мной! — выкрикиваю и понимаю, что все именно так. И меня пугает эта ситуация.

Мик замирает. Смотрит на меня потрясенно.

— Не знаю я, Миш… Ничего не знаю. Вдруг… вдруг ты просто уже наигрался, — это мой главный страх.

— Че-го? — по слогам спрашивает.

— Все же знают, что страсть быстро проходит, а потом начинается быт, который съедает романтику…

— Ари, ты в своем уме? — он снова подходит ко мне и обхватывает одной рукой за плечи, чтобы я не дергалась, а другой хватает за щеки, заставляя посмотреть на себя. — Разве похоже было утром, что наша страсть прошла?

Утром он и правда разбудил меня тем, что перевернул на живот и, приподняв попку, разогрел меня куни, а потом трахнул так, что у меня пальцы на ногах онемели. А после этого еще и в душе разок перед выходом.

— Это физиология. Ты берешь то, что в доступе.

— Ты серьезно так думаешь? — мне кажется, что я ни разу не видела его таким обескураженным.

В ответ я лишь могу прикрыть веки и снова посмотреть на него.

— Дурочка, — улыбается он. — Ревнивая моя, ведьма! Я ж тебя, дуру, еще сильнее люблю, чем когда у нас все завертелось.

Сердце начинает быстрее биться от его слов, и волоски на теле приподнимаются.

— Да, сначала меня на физике перло так, что это казалось основным. Но уже тогда между нами была не только похоть. Ты же сама это знаешь. А сейчас я только и думаю, как дать своей любимой девочке все, чего она заслуживает. Потому что я буквально хочу подарить тебе весь мир, Ари. Пусть и банальщина, но это так.

— Заговариваешь мне зубы?

— Успокаиваю, — прижимается губами к моим. — Нет, мне, конечно, льстит, что ты у меня такая собственница. Но мне на хер не упало, чтобы ты из-за какой-то реальной фигни загонялась.

— Она с тобой флиртовала, — не могу забыть ее мерзкую улыбочку.

— Я тебя понял. Теперь меня волнуют только твои чувства. Буду мудаком с остальными, — снова целует.

— Точно? — смотрю в синие глаза, чувствуя, как начинаю успокаиваться.

— Обещаю, — проникает языком в мой рот, выбивая все мысли. А потом обнимает крепко, давая возможность остыть. — Давай я тебе пока чай сделаю. Дождешься, как все закончу, и мы поедем домой. Хорошо? — всматривается в глаза.

— Да, — киваю.

— Мы в порядке?

— Да.

Снова обнимает и, поцеловав в макушку, подталкивает к диванчику, что стоит у стены рядом с чайным столиком.

И пока заваривается чай, я стараюсь не думать о том, что женщины будут виться вокруг него всегда. А мне остается либо принять это, либо уйти.

Мик

— Малыш, как добрались? — сижу в машине и смотрю на лицо своей девушки в прямоугольнике смартфона.

— Спокойно. Уже заселились, — она откидывается на кровать, пожирая меня своими глазами — бездонными озерами.

— Ужинала?

— Нет. Сейчас пойдем.

Губы сами растягиваются в улыбке, как и каждый раз, когда я смотрю на Ариану. Вот и сейчас она лежит уставшая на кровати, волосы разметались по подушке, и медленно моргает длинными ресницами, завораживая меня.