Книга Совратить недотрогу, страница 61 – Юлия Герман

Мне ли не знать, что может произойти, если поддамся чувству, перекрывающему разум? А оно уже выходило из под контроля, разрывало меня изнутри. Отдаться Петру эмоционально, отдаться этой животной тяге все равно что добровольно шагнуть в смертельную ловушку.

Как бы Державин ни давил, я больше не пойду у него на поводу. Пора обозначить границы. Лучше обрубать чувства в зародыше, чем ждать беды и корчиться от боли.

Вышла в коридор, прислушиваясь к звукам. В пентхаусе стояла непривычная тишина. На цыпочках пробежала в гостиную, надеясь, что худи Державина по-прежнему там. Ехать через весь город в октябре на общественном транспорте в одних шортах и майке не самая лучшая идея. Но стоило войти в гостиную, как я вспомнила, что без бумажника не смогу рассчитаться за автобус, а без телефона не сумею вызвать даже такси.

Оставалось ждать пробуждения Державина. А я боялась встречаться с ним лицом к лицу.

Но другого выбора у меня не оставалось.

Чтобы не нервничать, решила не терять времени даром и сделать уборку. В кухонной зоне на барной стойке стояли чашки и какие-то тарелки. Видимо, у блондина был слишком ранний завтрак. Взяла грязную посуду, составляя в посудомоечную машину, как услышала какой-то стон.

Вздрогнула, оборачиваясь к дивану и столкиваясь с заспанным взглядом карих глаз Дениса Руднева.

— Моль, это ты? Какого хрена шумишь? – приподнял он голову с подушки. – Дай поспать, – тут же отвернулся к спинке дивана и моментально засопел.

А я стояла, молча смотря на мужскую фигуру, растянутую на диване, и не понимала, как я могла не заметить его сразу?

Присела на барный стул, а затем меня озарило.

— Руднев, – толкнула спящего парня в плечо. – Руднев, проснись!

— Ты совсем охренела! – распахнул он глаза. – Сказал же, дай поспать!

— Можно я с твоего телефона такси вызову? Нужно забрать мои вещи из бара.

— Отвали, – пробурчал он, снова отворачиваясь.

— Дэн, ну пожалуйста. Очень надо, – не отставала от парня.

— Ну уж нет. Чтобы Пит мне потом пизды вставил. Нет, спасибо. Давай как-нибудь сама, – проговорил себе под нос.

— Ничего он тебе не сделает!

— Ха-ха, смешно, – ответил сквозь сон. – Отстань. Дай досмотреть сон. Там Оленька не дососала…

— Какая мерзость! – отошла от дивана.

— Нет. Это ра-ай, – зевнул он, снова вырубаясь.

А я забралась на барный стул, смирившись с тем, что мне все же придется посмотреть Пете в глаза и твердо обозначить свою позицию.

Звук босых ног, ступающих по ступенькам, привлек внимание. По коже расползлись мурашки и перехватило дыхание. Я чувствовала его взгляд – пристальный, тяжелый. И боялась встретиться с ним взглядом. Щеки пылали. Стук сердца стал настолько оглушающим, что я не слышала, только чувствовала его приближение.

Сделала несколько вдохов, прежде чем, взяв себя в руки, посмотреть в глаза Державину. Взгляд темный, мечущий молнии, острая линия скул и плотно сжатые челюсти.

Он смотрел на меня, тяжело дыша. А затем молча кивнул в сторону кабинета.

Послушно спрыгнула на пол и пошла в указанном направлении. Чувствовала, как его взор прожигает дыру мне между лопаток, а жжение в затылке стновилось просто невыносимым. Понимала, что Державин зол на меня. Шагнула в кабинет, слушая тихий звук захлопываемой двери, а затем передо мной выросла фигура мажора.