Книга Совратить недотрогу, страница 65 – Юлия Герман

Мне не придется ломать себя, заставляя отказывать ему снова и снова, не придется переживать из-за его перепадов настроения. Так, значит, так должно быть.

Уткнулась лицом в подушку, вспоминая, как это было приятно, окунуться хоть ненадолго в его страсть. Но мы не в сказке о Золушке. А он не мой принц. Все просто.

На смартфоне пиликнуло сообщение. Протянула руку, тут же проверяя адресата и разочарованно убирая гаджет обратно на тумбочку.

Дура!

Ну какая же ты, Натка, дура.

Все! Не позвонит он. Даже не надейся.

Но отчего-то на душе стало так гадко, что из глаз полились слезы. Но только поймав одну из них языком, тут же взяла себя в руки. Поднялась с кровати и принялась переписывать Ладкины лекции.

Погрузившись в экономику, социологию и философию, мне удалось какое-то время не думать о Пете. В работе мне всегда было проще переживать тяжелые моменты. Поэтому когда в очередной раз на телефоне раздался звук пришедшего сообщения, я не сразу среагировала на него. Но когда он повторился, дернулась, испугавшись, что это пытались связаться со мной из больницы, где находилась мама.

Державин:Через полчаса буду у тебя.

Сердце заколотилось только при виде той самой фамилии, что я так отчаянно надеялась увидеть.

Державин:Хочу убедиться, что ты снова не вляпалась в очередную историю.

С сердцем, несущимся на бешеной скорости, смотрела на эти два странных сообщения и не могла подавить улыбку.

Он помнил обо мне. И самое главное: волновался.

Прикусив губу, напечатала ему ответное.

Я:Я дома и со мной все в порядке.

А дальше я сделала то, что никогда не осмелилась бы сделать раньше. Сфотографировала себя на фоне своей комнаты и отправила Петру.

Оба моих сообщения тут же загорелись зелеными галочками, сигнализируя о том, что они прочитаны получателем.

Державин: Все равно еду. Оденься потеплее.

Я:Зачем?

А вот это меня совершенно выбило из колеи.

Для чего ему нужно, чтобы я тепло оделась.

Державин:Просто жди.

Нужно ли говорить, что последние тридцать минут я извела себя разного рода переживаниями. Начиная от: “что мне надеть” и заканчивая “почему я должна его слушаться”.

Пройдя все стадии от шока до принятия, я надела джинсы и свое излюбленное худи. В конце концов, пусть знает, что ради него я наряжаться не буду.

А когда раздался сигнал заветного смс, осторожно выглянула во двор из-за шторки, так и замерев с открытым ртом. Прямо у подъезда, сняв с головы шлем, верхом на байке восседал Державин. И теперь его намеки о теплой одежде приобрели вполне конкретные контуры…

Ната

Шла к мотоциклу, смущенно смотря на Петю.

Под решеткой рёбер сердце обезумело, отбивая чечетку. А душа металась, рвалась к нему и боялась обжечься. Смотрела на Державина, и дух перехватывало от того, насколько он красив. В кожаной мотокуртке, кожаных брюках, с русой щетиной на щеках и этими небесно-голубыми глазами, что вышибали дух одним лишь только взмахом длинных ресниц.

Убрал со лба выбившуюся пшеничную прядь, поймав со мной зрительный контакт и пристально наблюдая за моим приближением.

— Привет, – поздоровалась, опустив голову и не выдержав интенсивности его взора.

— Привет, – глухо отозвался, и в животе все встрепенулось от звука его голоса.

Когда я успела стать настолько зависимой от него?