Книга Разведенка с прицепом, страница 47 – Тала Тоцка

Складываю вещи в пляжную сумку, беру полотенца и зову дочь:

— Лале, малышка, пойдем, — беру ее за руку, — нам пора уходить.

— Но мамочка, я еще хотела поплавать! — протестует дочка. — Мы же только пришли!

Невольно приходит на ум, что когда Омер Озден бросил нас с мамой, я была такой как Лале. Я обожала отца, он обожал меня. У нас была особая связь, мама потом призналась, что даже немного ревновала нас друг к другу.

Тем больнее было пережить предательство.

Содрогаюсь, когда представляю, что сознательно бросила Лале, свой цветочек. Променяла на возможность удачно выйти замуж и родить других детей. А Лале вышвырнула из своей жизни.

Ледник вмиг исчезает, и сердце изнывает от мучительной боли. А ведь я только представила! Какие адские муки я бы испытала, если бы нас разлучили?

Нет, этот человек не заслуживает, чтобы я даже смотрела в его сторону.

— Мы потом вернемся, доченька. А сейчас пойдем, — не хочу пугать своего ребенка, но при этом действую настойчиво.

Не знаю, откуда в этом отеле взялся Омер. На отдыхающего он не похож, значит есть надежда, что скоро он уедет, и мы сможем вернуться на пляж.

— Пойдем, возьмем тебе молочный коктейль, — пробую заговорить Лале, — ты какой хочешь, клубничный или шоколадный?

Но она все еще упирается.

— Мамуля, мы же можем выпить молочный коктейльна пляже! Вон там! — она показывает пальчиком на бар прямо посреди понтона.

— Мне жарко, малышка, — бессовестно лгу дочери, увлекая ее с пляжа, — хочу немного охладиться. Пойдем в тот бар, что внутри. Что ты еще хочешь, может, пирожное?

— Не хочу, — мотает она головой.

— Ясемин, стой! Подожди! — несется нам вслед. Но я даже не оборачиваюсь.

Зато все косятся на меня.

Кладу в корзину мокрые полотенца, и мы с Лале идем к лифту, который поднимет нас на уровень ресепшена. Здесь горы, отель многоуровневый, к пляжу ведет длинная крутая лестница. Лале тяжело подниматься, поэтому вниз мы обычно спускаемся по лестнице, а обратно едем на лифте.

Вчера когда мы возвращались с пляжа, Дамир нес Лале на руках.

Невольно сравниваю его с Омером. Способен ли он на такое? Привязать к себе дочь, а потом бросить без сожаления. Оставить с травмой, которую придется залечивать долго и болезненно…

Не верится. Не хочется верить. Когда Дамир просто смотрит на Лале, его взгляд меняется. Когда берет ее на руки, у него такой вид, словно ему вручили самое большое сокровище.

Но когда я была его женой, Дамир тоже относился ко мне бережно. Разве это помешало ему развестись со мной, жениться на Жанне и забыть обо мне на пять лет? Несмотря на его заверения, я не верю в то, что Дамир Батманов в меня влюбился и любил все эти пять лет.

Через витрину панорамного лифта вижу, что Омер говорит по телефону, а его спутники терпеливо ожидают рядом.

Что он здесь делает? Как мы вообще встретились? Хотя, мама говорила, что когда они познакомились, Омер работал менеджером в отеле. Боже, неужели он здесь работает?

Смотрю на себя в зеркало лифта и шокировано замираю. Я всегда считала, что похожа только на маму. От нее мне достались белая кожа, светлые волосы, рост и телосложение. Но теперь после встречи с Омером понимаю, что это он смотрит на меня в зеркальном отражении.

Как и моя дочь.

И еще четко понимаю, на самом деле та травма так и не зажила. И обида все еще сидит, пусть и глубоко внутри.