Книга Разведенка с прицепом, страница 80 – Тала Тоцка

— Тише, тише, дочка, я помогу тебе, — шепчет Ибрагим, хлопая меня по руке, — но только сейчас иди к себе. И никому ничего не говори, иначе пострадаем и я, и Дамир-бей.

— Хорошо, — хлюпаю носом и киваю, — хорошо. Я так и сделаю. Только найдите его, умоляю. Найдите и скажите, что…

— Что? — он внимательно на меня смотрит, и у меня не хватает решимости.

Я сама ему скажу. Сама.

— Ничего, — вытираю щеки, — что я хочу его видеть.

* * *

Утром открываю глаза в полной уверенности, что мне все приснилось — и Ибрагим, и татуировка, и даже Атеш. Но оглядевшись вокруг, обнаруживаю себя в комнате дочки. События ночи принимают в памяти довольно четкие очертания, и я окончательно просыпаюсь.

В голове полный сумбур, мысли хаотично кружатся и смешиваются между собой. Приходится осторожно, чтобы не разбудить Лале, сползти с кровати и направиться в ванную.

Прохладный душ наводит порядок в голове, и теперь я могу рассуждать здраво.

Итак, все происходило наяву. Здесь правда был Дамир, он обманом устроился в особняк Денизов в качестве помощника садовника.

Дальше у меня происходит настоящая ломка сознания.

Дамир Батманов собирал алычу. Подумать только, и не просто собирал, а еще и позволял садовнику Ибрагиму собой помыкать. И все это при соблюдении строжайшей секретности.

Густая борода, черные нависшие брови, сходящиеся на переносице в одну сплошную линию. Этот маскарад достоен самой высокой похвалы. Даже я ничего не заподозрила, а ведь я была уверена, что знаю его как облупленного.

Всему этому может быть только одно объяснение — в доме Денизов у Дамира Батманова есть свой, личный интерес. Когда этому мужчине что-то нужно, он будет добиваться своего любыми способами. Для него не существует преград. И никакая алыча не сможет его остановить.

Конечно, у меня мелькнула несмелая мысль, что Дамир пришел сюда, чтобы увидеть меня. Мелькнула и пропала.

Он не сделал ни единой попытки заговорить со мной, подать хоть какой-то знак. Наоборот, прятал глаза и отворачивался. Боялся, что я его узнаю и выдам. Да разве я стала бы это делать, даже если бы узнала?

Но как ни старался Дамир, Доган его вычислил.

Ибрагим сказал, что он отвез Дамира в отель. Но в ушах как наяву слышится голос старого Ибрагима:

«Если кому скажешь, пострадаем и я, и Дамир-бей».

Становится холодно без всякого душа. Это как же? Доган угрожал Дамиру? Почему тогда они с Ибрагимом пострадают только если я начну болтать? Что мешает Догану сейчас расправиться с Батмановым?

Ничего. Ровным счетом ничего.

И я иду к Догану.

— Ясемин? — Доган явно не ожидал увидеть меня под дверьми своей спальни. — Что-то случилось?

— Да, — вталкиваю мужчину в комнату, намереваясь войти, — надо поговорить.

— Что ты делаешь, Ясемин? — он выглядит совершенно растерянным. — Постой, я не одетый.

— Ну не голый же, в пижаме.

— Ты незамужняя девушка, и ты не должна входить в комнату к неженатому мужчине.

— Неужели? — упираюсь Догану в грудь, намереваясь сдвинуть его с места. — Какая же я тебе незамужняя? Я разведенка. Бошанмыш*. Забыл? Мне можно все!

Внезапно Доган хватает меня за плечи, втягивает в комнату.

— Сумасшедшая! Ты сумасшедшая, Ясемин! — захлопывает дверь и прислоняется к стенке.

Я прислоняюсь по другую сторону от двери и тоже шумно дышу.