Книга Разведенка, страница 22 – Тала Тоцка

Мужчина валится на пол, встает на четвереньки, а я падаю сверху, отчаянно упираясь руками. В результате оказываюсь на мужчине верхом, и когда снизу раздается громкий мат, даже не обижаюсь. А затем изумленно моргаю, потому что мат звучит на турецком языке.

* * *

Мне так стыдно, что я не смею поднять глаза. Внутри я уже не то что сгорела, я обуглилась и рассыпалась пеплом. Бормочу извинения, собирая вывалившиеся из рюкзака вещи.

— Давайте я вам помогу, — слышу знакомый, пробирающий до мурашек голос, и не верю своим ушам. Медленно поворачиваюсь и потрясенно хлопаю ресницами.

Передо мной он. Предмет моих бессонных ночей и слез в подушку. Безответная тайная любовь. Недостижимый как любая из планет Солнечной системы. Тот, в присутствии которого я превращаюсь в подвижную желейную субстанцию, у которой полностью исчезает критическое мышление.

Владелец компании «Batman Textile» Дамир Батманов.

Я влюбилась в него с первого взгляда как только увидела в здании бизнес-центра. Мы вместе ехали в лифте. Он на меня и внимания не обратил, а я полдня ходила как громом пораженная.

Он был идеальным. Я первое время не знала, кто он такой, пока Катька не просветила.

— Забудь, Яська, эта рыбка на про наши сети, — сказала она, когда я спросила у нее про Батманова.

— Почему?

— Потому что у него слишком много денег. А деньги идут к деньгам.

И теперь «Давайте я вам помогу…» И глаза заглядывающие в самую глубь.

Все дальнейшее проходит для меня как в тумане, хотя я двигаюсь, разговариваю и даже пробую улыбаться. Сама удивляюсь, как получается отвечать на вопросы и что-то говорить.

— И где же ты работаешь, цветочек? — спрашивает спутник Дамира.

— У Дамира Данияровича, — отвечаю без запинки. Некоторое время молчу, а затем добавляю: — Хотя, похоже, уже не работаю.

И не могу сдержать судорожного всхлипа. Мужчины переглядываются.

— Это как? — спрашивает Дамир.

— Меня наша менеджер пообещала уволить, если я еще хоть раз опоздаю. И как видите, я опоздала.

Дамир

— Ну не плачь, не плачь, Ясемин, девочка, пойдем покажешь мне эту ведьму. Я ей устрою за то, что мой цветочек обижает! — Мурат суетится вокруг девушки, а у меня руки сами собой сжимаются в кулаки. Появляется непреодолимое желание схватить его за шиворот и отбросить от хлопающей ресницами Яси.

«Мой цветочек»…

Подхожу к агенту и оттесняю его от всхлипывающей девчонки.

— Оставь девушку в покое, Мурат-бей, — говорю с нажимом, — я сам разберусь.

Это мой цветочек. Или еще никому не ясно?

Но Мурат явно испытывает судьбу, потому что делает вид, будто меня не понимает.

— Конечно, Дамир-бей, надо разобраться с теми кто девушку обижает. Пойдем, цветочек, покажешь нам… — он подает согнутую локтем руку. — Давай-ка, держись за меня. Ты откуда турецкий знаешь?

Девушка отводит глаза и отвечает невнятно:

— Я его плохо знаю. Начинала учить, когда собиралась в Турцию на работу.

Она опирается на локоть Мурата, а у меня в том же месте на локте образуется ожог. Мое терпение на пределе, решаю вмешаться.

— И кем вы собирались работать, Ясмина? — подхожу с другой стороны.

Девушка словно чувствует, что мне неприятны ухлестывания Мурата, убирает руку с его локтя.

— Как и здесь, Дамир Даниярович. Вешалкой, — и глядя на мои округлившиеся глаза улыбается. — Мы знаем как вы нас называете.