Книга Наследник для дона мафии, страница 164 – Тала Тоцка

Феликс

«Мама, поцему синьол не будет плакать? Я зе за ним плакал! И ты плакала!»

«Потому что он синьор, а я его горничная. И ты сын горничной. Зачем ему по нам плакать?»

Жму на паузу, отодвигаю ноут. Дергаю рубашку за воротник, пуговицы летят на пол.

Воздуха не хватает. Хватаю его ртом, судорожно вдыхаю, но кажется, что он везде такой же раскаленный, как и за ребрами.

Ощущения, что у меня в груди — ебучее жерло вулкана. Где магма кипит и плавится.

Глаза тоже горят, словно их выжгло кислотой.

Поднимаю голову, вперяю взгляд в экран. Прямо передо мной в кадре крупным планом лицо Роберты. Она держит на руках Рафаэля, говорит с ним, успокаивает. Смотрит куда-то перед собой. Вряд ли она в курсе, что на входе камеры пишут со звуком в отличие от тех, что в особняке.

Здесь не видно, какого цвета ее глаза. Может, у девушки просто было слабое зрение? Но интуиция подсказывает, что линзы она носила цветные. Не зря же мне все время ее глаза казались кукольными.

Если она изменила внешность, то она вполне могла изменить цвет глаз. Только почему мне теперь кажется, что под линзами они у нее темные?..

Я уже все записи пересмотрел. С самого утра. Начиная с нашей встречи с Ариной на террасе.

Хотел посмотреть со стороны, что видела Берта, с какого момента. Когда она пришла на террасу.

Посмотрел.

Она там чуть ли не с самого начала стояла. Почему я ее сразу не заметил?

Я смотрел, как она следила за нами, вцепившись в поднос побелевшими пальцами. Ее губы подрагивали. Да блядь, она конечно все не так поняла! Мы со стороны и правда с Ари казались слишком близкими.

Раньше я никогда не задумывался над этим. Мне было похуй на чувства Ольшанского, я привык заботиться об Ари. Но...

Если бы я знал, что Берта нас видит, я точно не стал бы причинять ей боль.

Все, что было дальше, со стороны смотрелось как ебаный пиздец. Я видел, как Роберта быстро шла в кухню. Как дрожащими руками наливала сок. Как шла обратно и споткнулась о порожек.

Смотрел и не понимал, нахера. Нахера они мне сдались, эти сок с кофе? Почему мне не пришел в голову любой другой повод? Почему я не отправил Роберту искать Платонова?

С учетом того, что Платонов стоял за соседним деревом, она бы бродила по особняку не меньше часа.

Она не нарочно опрокинула сок, со стороны это хорошо было видно.

— Давай, моя девочка, — хмыкнул я и налил виски.

А когда Берта въебала меня по роже, удовлетворенно выдохнул.

Я смотрел как ее окружили Донато с Платоновым, как она потянулась за телефоном. Как потом Андрей тащил ее за локоть к особняку. Как они стояли у ее комнаты и Платонов с каменным лицом говорил ей что-то, глядя на часы.

По особняку везде установлены черно-белые камеры. Они висят высоко под потолком и следят только за перемещением персонала. Но мне и этого было достаточно, когда Роберта с Рафаэлем вышли из комнаты.

Малыш все время оглядывался и тер кулачком глаза, держась за ее руку. И тут мне не нужна была никакая озвучка.

А вот на фасаде камеры с микрофонами. Они установлены на декоративных столбах по бокам от лестницы, поэтому мне не все разговоры были слышны.

Роберту вышел провожать почти весь персонал. Я не слышал, что говорили ей другие горничные, вешавшиеся на шею. Не расслышал, что хотел от нее Черасуоло. Зато сразу догадался, кого имел в виду Луиджи, когда тот гневно выкрикнул «Ступидо» и погрозил кулаком.