Книга Наследник для дона мафии, страница 205 – Тала Тоцка

Конечно, я не планирую задирать нос, став донной. Ничего не изменится, они и так все прибегали ко мне сначала за советами, потом уже по привычке за руководством к действию. Я и не заметила, как так получилось, пока не начала разрабатывать штатное расписание. И сама не увидела.

Зато в отношении Раэля никто не стесняется. Не сидел бы он на руках у отца, его бы уже затискали.

— Рафаэля нужно уложить спать, — говорю Феликсу на ухо.

Хотя на самом деле меня больше всего волнует, где именно Рафаэль будет спать. И особенно где буду спать я.

Надеюсь, Феликс не считает, что я теперь обязана спать с ним? Просто потому что это мой супружеский долг? И мне точно не хотелось бы обсуждать это при посторонних.

Меня бы больше всего устроили наши прежние апартаменты.

Феликс желает всем спокойной ночи, приглашает завтра отпраздновать его день рождения, и мы идем в сторону его спальни.

— Куда ты хочешь уложить Рафаэля?

— Для него уже готова комната.

— Но он будет бояться спать в отдельной комнате, Феликс! — пробую его обогнать. — У Авериных на вилле мы спали вместе...

— Если будет бояться, значит я буду спать с ним, — Феликс с безраздельной нежностью смотрит на сына, и у меня горло сдавливает спазм.

На это невозможно смотреть без слез. Я никогда не привыкну наверное...

Мы входим в комнату, следующей за спальней Феликса, и я ахаю.

— Когда ты успел?

— Мой калабль! — Раэль слезает с отцовских рук и бежит к пиратской шхуне, установленной на самом виду. Затем бросается к машине. — Мой Кайен!

Вся комната выполнена полностью по моему проекту. Кровать сделана в виде пиратского корабля с парусами, по всей комнате с потолка свисают веревочные лестницы.

— Останешься здесь на ночь, carino?— спрашивает Феликс. Раэль счастливо кивает. — Тогда пойдем умываться и переодеваться.

Я пячусь к двери, чтобы им не мешать.

— Милана, подожди меня в кабинете, — догоняет на пороге приказной тон, и я едва сдерживаюсь, чтобы не склониться в полупоклоне.

«Да, синьор. Конечно, синьор. Как скажете, синьор».

Да уж, донна Милана, горничная из тебя была куда лучше, чем хозяйка особняка.

Возвращаюсь обратно, целую Рафаэля и желаю ему сладких снов.

Вот теперь можно уйти.

Милана

По дороге в кабинет не могу удержаться, захожу в наши с Раэлькой апартаменты.

Оглядываюсь с опаской, может Феликс уже кого-то сюда поселил? А я тут вламываюсь без спроса...

Но в комнатах не лежат ничьи вещи, не заметно следов проживания, слышно лишь мерное тиканье часов и негромкий гул рекуператора. Значит в комнатах никто не живет?

Прохожу дальше, осматриваюсь. И с удивлением замечаю лежащую на кровати виолончель.

Что она здесь делает? Кто ее сюда принес?

Пока мы здесь жили, ее точно не было.

Открываю шкаф, пусто. Белья нет, я сама его выбросила. Моего форменного платья тоже нет, и я ощущаю острый прилив жалости.

Это платье никому не могло подойти! Форма была подогнана специально под меня и сидела на мне идеально. Как жаль, что я не могла забрать его с собой!

Человеческая природа устроена странно и необъяснимо. Сначала долго привыкаешь к непримиримым обстоятельствам, а потом отчаянно по ним тоскуешь...

Сажусь на кровать, беру в руки виолончель. Я давно не играла, в последний раз — в Сомали, Феликсу. Когда была Миланой.