Книга Случайная свадьба (+ Бонус), страница 33 – Тала Тоцка

— Опять двадцать пять, — качаю головой, — хоть кого-то здесь интересует мое мнение? В любом случае товар у нас с вами негодящийся, и продать его будет сложно…

— Ему это не нужно, Марта, — обрывает меня отчим, и я невольно краснею.

— Вы обсуждаете мою… ммм… пригодность в мужской компании за чашкой чая? — пытаюсь скрыть смущение.

— Он предупредил, что брак будет фиктивным, — отвечает Азат, — для этого у него есть определенные причины.

— И я конечно же должна поверить! — фыркаю я.

— Он очень-очень уважаемый человек, — говорит отчим, — и у меня нет причин ему не доверять.

— Ладно, — поднимаюсь с кресла, — приятно было поговорить, но я даже фиктивно замуж выходить не собираюсь.

— Он прислал тебе цветы, — говорит в спину Азат, и я оборачиваюсь. — Я распорядился отнести их в твою комнату.

Киваю и выхожу из кабинета. Неожиданная такая коммуникативность у очередного претендента на мою руку.

В комнате долго смотрю не на вазу, на бочку с таким огромным букетом, на котором я легко могла бы поместиться, если бы свернулась клубком. Белые роскошные розы в бутоне с зелеными прожилками.

Великолепно. Просто великолепно!

Замечаю торчащий между бутонами прямоугольник картона. Визитка.

Тяну за кончик и вижу размашистую надпись: «Давид Данилевский».

А это еще кто такой?

Мы с мамой не обсуждаем предложение неизвестного Данилевского, хотя я вижу, как ей хочется. Но я уже дала Азату однозначный ответ, и повторяться смысла нет никакого.

Он предпринимает попытку еще раз со мной поговорить. Точнее, уговорить.

— Подумай, Марта, как дочери советую. Давид из древнего княжеского рода, он очень богат, он…

— Скажите еще, что он живет в замке, — ехидно перебиваю я, но отчим неожиданно серьезно кивает.

— Да, это так, Данилевский живет в замке. Его мать из Тугановых, а отец твой соотечественник. Он был известным коллекционером, у Данилевских одна из лучших коллекций драгоценных камней.

Какая жалость, но мимо. К драгоценным камням я абсолютно равнодушна.

— А Давид что? Мажор-аристократ, прожигающий отцовские деньги? — не удерживаюсь, чтобы снова не съязвить.

— Давид Давидович коллекционирует рукописи, — отвечает отчим с заметной почтительностью. — Он очень разносторонняя личность.

Я с большим уважением отношусь к людям, которые чем-то увлечены, пускай даже коллекционированием фантиков от конфет. Как я в детстве. Но это сомнительный повод выходить замуж. Еще и в замок. Кстати!

— Кстати, — поворачиваюсь к отчиму, — сколько лет этому вашему Данилевскому?

— Тридцать пять.

— Сколько? — округляю я глаза. — Он точно хочет на мне жениться, а не удочерить?

— Что у тебя за язык, Марта! — закатывает глаза Азат. — Нельзя быть настолько непочтительной. Тебе не мешало бы научиться его хоть немного придерживать.

А вот здесь обидно, потому что я вот только сдержалась и не уточнила, что Давиду Давидовичу больше подошла бы моя мама. Ей недавно исполнилось тридцать восемь.

— Вы сказали, что отец Данилевского был коллекционером. С ним что-то случилось?

— Да, он умер пятнадцать лет назад.

Давиду было двадцать, когда он потерял отца. Как мне сейчас. И это единственное, что нас хоть как-то объединяет. Я искренне сочувствую незнакомому Данилевскому, но опять же, этого чувства катастрофически мало, чтобы дать согласие на брак. И Азат ясно читает это в моих глазах.