Книга Случайная свадьба (+ Бонус), страница 52 – Тала Тоцка

Он все-таки улетел. Теперь наши отношения уж точно ограничатся рамками договора. И я могу понять Давида.

Данилевский знает, что с девственностью я распрощалась совсем недавно, мало того, он точно знает где и когда это было. Возможно, даже с кем. И он не видит ничего в том, что мы будем время от времени заниматься сексом в законном браке.

Я не вижу проблемы в сексе, но я никогда не хотела секса без любви. Я могла бы сказать об этом Давиду, и он даже меня бы понял. Если бы не знал о Росомахе.

А как ему сказать правду? Что мне приснился сон, в котором я вышла замуж и была влюблена в мужа, а благодаря Росомахиным таблеткам этот сон стал явью? Да он меня тогда точно в психушку сдаст. Я никогда в таком не признаюсь.

При воспоминании о той ночи сердце болезненно сжимается. То мое состояние удивительно напоминает нынешнее. Но ведь я больше не пью никаких таблеток, почему тогда так больно представлять Данилевского в объятиях другой женщины, пускай даже она одна из массажисток Лейлы?

Или это я ревную?

Даже привстаю от удивления.

Чушь. Я не могу ревновать Давида. Мы знакомы от силы несколько часов. Еще и суток нет, как он стал моим мужем, да и то фиктивным. Пусть он что хочет говорит. Для меня наш брак фикция, временное явление. Потому что я не стану спать с Данилевским только ради развлечения.

Мне снится бабуля. Она гладит меня по волосам, целует в макушку и говорит почему-то шепотом:

— Что же мне делать с тобой, Марта? Что мне делать?

«Бабуля, ты чего? — хочется спросить. — Что ты со мной собралась делать?»

Но спросить не могу, не получается. Знаете, как бывает, когда снится, что надо бежать, что сзади опасность, а ноги будто свинцом наливаются и не двигаются вообще? Вот так и мой язык.

— Какая же ты настоящая, Марта? — шепчет бабуля, и мне кажется, ее голос немного похож на голос Данилевского.

— Уйди, бабуля, — отталкиваю ее руку, — он предатель. Улетел к Лейле.

Бабуля перестает меня гладить и пропадает. Открываю глаза — никого, она все-таки мне приснилась… Становится жаль себя до слез, я несколько раз всхлипываю и снова засыпаю.

И снова она мне снится, только уже молчит и не гладит, а вздыхает. Шумно так, как паровой пресс. И пахнет от нее очень знакомо, тонкий такой аромат, вот только я во сне не могу вспомнить, где я его слышала.

Просыпаюсь от дразнящих запахов жарящегося на углях мяса. Ароматы просто умопомрачительные! Вскакиваю и подбегаю к окну, но из моей спальни видно только залитую солнцем лужайку, над которой тянется дымок.

Оглядываюсь на кровать — я так и уснула вчера в свадебном платье на неразобранной постели. Наверное во сне ползала по всей кровати, потому что постель примята с обеих сторон. Странно, обычно я редко сплю так беспокойно и уж точно не катаюсь по кровати. Но в последнее время в моей жизни творится такое, что смятая постель вообще не стоит внимания.

Вспоминаю события прошедшей ночи, вспоминаю, что Давид ночью отправился в бордель, и снова накатывает обида. Может, мне вообще не выходить из комнаты? Но кому я этим сделаю хуже, кроме себя?

В любом случае, душ принять нужно, вот только неплохо бы найти, во что переодеться. Иду на поиски гардеробной, отодвигаю слайд, и чуть не падаю в обморок. Мало того, что все мои вещи, которые мы с мамой собрали, аккуратно разложены и развешаны. Там еще много совсем новой одежды, с бирками.