Книга "Три звезды" миллиардера. Отель для новобрачных, страница 48 – Тала Тоцка

Внутри ожидаемо дорого и элегантно. В каждой детали, в каждом элементе интерьера в меру блеска и изысканной роскоши.

В другое время я бы жадно оглядывалась по сторонам, стараясь все рассмотреть и запомнить, но сейчас мне это абсолютно безразлично. Поудобнее перехватываю Максимилиана и направляюсь к ресепшену.

— Здравствуйте. Мне нужен Артем Асадов, — говорю администратору и, видя как у нее округляются глаза, спешу пояснить: — Я Хелена Плохая. Господин Асадов меня ждет. Передайте ему, что я привезла вещи.

Администратор кивает и отходит в сторону с телефоном, и вот теперь я оглядываюсь. А ведь это только один отель. Сколько их всего у Асадова? И… — внутри пробегает неприятный холодок — у моих дочек..?

В памяти четко всплывает фраза: «Наследницы Асадова находятся не каждый день». Про установление отцовства Артем тоже говорил. Он хочет признать дочерей, дать им свое имя и сделать наследницами отельной империи Асадова.

Эта мысль так накрывает, что я вздрагиваю. Моя мама оставила меня без отцовского наследства. Конечно, она думала, что так будет лучше, и всегда об этом говорила.

— Дочка, я хотела, чтобы Ярослав заменил тебе отца, — твердила в свое оправдание.

Сейчас я планирую поступить точь-в-точь как она. А ведь отцовские отели ни в какое сравнение не идут с асадовскими. Так имею ли я право лишать своих дочерей того, чего сама была лишена? И дело не только в деньгах.

Мои девочки мечтали о папе. Они втайне от меня присматривали себе подходящую кандидатуру. И выбрали Артема не зная, что он на самом деле их отец.

Если судить объективно, то такой отец как Асадов — просто мечта. Перед глазами до сих пор стоит картинка, как он сидит на полу за игрушечным столом и делает вид, что старательно жует пластмассовую курицу.

И следом прошибает холодный пот. А что, если я теперь стану девочкам не нужна?

Что я могу предложить своим детям? У нас даже квартиры своей нет. На какую поддержку и защиту с моей стороны они могут рассчитывать в сравнении с возможностями их отца? Правильно, на очень скромную.

Эта мысль так меня шокирует, что я не сразу замечаю Артема, который идет ко мне от лифтов через холл.

Я была уверена, что он пришлет Ларису или свою мать. В крайнем случае отправит кого-нибудь из своих помощников.

Асадова я видеть не готова. Все мысли вмиг испаряются из головы, остается лишь дикое желание вцепиться в ворот его рубашки и трясти с криком «Сейчас же верни моих детей, гад!»

Неимоверным усилием воли я этого не делаю, а молча отдаю ему рюкзачки и сверху всовываю Максимилиана. И только потом решаюсь.

— Как… они? — шумно сглатываю.

— Все отлично. Мы поужинали и теперь играем. Сейчас с девочками мама, — нахмурив брови, отвечает Артем, и у меня внутри все падает.

Все правильно. Все как я и думала. Девочки так счастливы с папой, что напрочь обо мне позабыли…

Мгновенно подступают слезы. Часто-часто моргаю, только в последний момент получается их остановить.

Асадов смотрится очень комично с девчачьими рюкзачками, которые у него в руках выглядят кукольными. И с динозавром под мышкой. Вот только смеяться мне не хочется.

Я жду чего-то. Может, он что-то скажет. Но Асадов поворачивается ко мне спиной, и я в отчаянии зову:

— Артем!

Он останавливается и нехотя оглядывается.