Книга Желанная землянка, страница 36 – Ани Файер

Пиздец, бля, я хуею, конечно от всего происходящего! Когда все успело перевернуться с ног на голову?

Провожу руками по волосам, становясь у спинки своего кресла, облокотившись о него задницей. Смотрю на Шея, тот на меня. Ждет. А я не знаю, с чего начать разговор. «Не трогай мою девку?» - не, не то. Моя – Клишкат. «Не прикасайся к моей человечке?» - да, наверное, так будет честнее. А потом уже решу, что делать дальше.

— Шей… - и все, блядь! Сам молчу, словно воды в рот набрал. Стыдно. От того, что считаю человечку своей. Она – запрет. Клеймо. Низшая из всех возможных существ. Даже все, кто ходит на низший уровень, скрывают, что делили ложе с человеческой самкой. А тут такое. И не делил ничего, а меня просто конь стебет. Моя и все тут!

Нельзя! Но ведь и Шею тогда тоже! А тот и не скрывает, что шлялся туда постоянно! Странно все, ведь Шейн слишком разборчив. Ни разу не слышал, чтобы он увлекался какой-нибудь самкой другого вида. Стоит, сверлит меня непроницаемым взглядом, непринужденно облокотившись спиной о дверь и сложив руки под грудью. Я ведь не могу ему запретить. Ничего не могу сделать! Он ведь даже не в моем подразделении. Он командует разведкой. Или все же могу?

Может быть ему просто нужно потрахаться с кем-то? С кем-то другим? Может предложить найти ему какую-нибудь неопытную первокурсницу, он ведь любит девственниц. Не вариант! В наше время таких день с огнем не сыщешь. Тем более, на нашей учебной станции. Почти все рейнийки заняты. Хотя у нас пруд-пруди остальных. Тем более после вчерашнего десять девушек из корабля того краснокожего подписали договор со станцией. Теперь они могут официально обслуживать кадетов и персонал.

А я не смогу воспользоваться этой ситуацией, даже если Анна согласиться на все эти условия. Потому что наш отец с пеленок вдалбливал в наши умы, что рейн Великого дома может быть только с рейнийкой. С остальными видами можно поразвлечься, потешить свое самолюбие, утолить любопытство. Но гнездо строить можно только с себе подобными. Я больше не могу. Ни с кем. У меня обет. Так может Шейн просто хочет поразвлечься с моей человечкой? Может быть. И скорее всего хочет. Но я нихрена не дам!

— Ты был прав, брат. Она особенная. И я не отдам ее тебе! – наступает на меня Шейн, пихая меня руками в грудь. Делаю шаг назад, упираясь в свое кресло. Надо же, он сам прекрасно продолжил разговор.

— Она тебе не нужна! – пытаюсь донести до него простую истину.

— А ты знаешь, что мне нужно? – хмыкает тот, кружа вокруг. – Или кто?

Знаю, конечно, но молчу. Он испытывает мое терпение и мне надоело подтирать за ним дерьмо! Он съебется в самоволку – я прикрываю. Ослушается команды генерала – опять защищаю. Заебал, в конце концов, уже давно не ссаный малолетка, чтобы сопли подтирать за ним!

— Нарываешься, гаденыш! – рычу, становясь в боевую стойку. - Достал, бля!

— Или ты думаешь, что будешь держать ее подле себя, развлекаться с ней, трахать, когда захочешь, пока Клишкат будет занята с Неем? – спрашивает он у меня. – Огорчу тебя, но наш братец тоже будет занят! Он тоже нашел себе игрушку! Только другую, не мою.

Ну все, больше не намерен терпеть этого мудака!

Выпад и удар. Хук справа летит прямо в цель. Голова Шейна дергается назад, он пятится, но все еще держится на ногах.