Книга Хозяйка класса Люкс, страница 74 – Ямиля Нарт

— Вы собираетесь советоваться со зданием?

— Именно так, — парировала я и, не удостоив его дальнейшими объяснениями, повернулась и приложила ладони к прохладной каменной стене подвала. Я закрыла глаза, отсекая навязчивый взгляд дракона и тревожное присутствие Лириана, и погрузилась в ту тихую, едва уловимую связь, что тянулась между мной и Домом.

Дом, ты слышишь меня? — мысленно обратилась я, вкладывая в этот безмолвный зов всю свою тревогу и надежду. Нашему Сердцу грозит гибель. Есть лишь один, кто может его починить. Но цена его помощи… Он хочет стать совладельцем. Равноправным Хранителем.

Я мысленно нарисовала ему образ Арриона, дополнив его ощущением мощи, холодного расчета и той хищной ухмылки, что так раздражала меня.

Я не могу принять это решение за тебя. Скажи мне… возможно ли это вообще? Сможешь ли ты принять другого Хозяина? Не против ли ты?

Воздух в подвале замер. Даже слабый гул механизма на секунду стих. Затем я почувствовала это — не звук, а волну ощущений, хлынувших в ответ. Сначала — вспышку панического страха, острую, как укол. Картину железной хватки, сковывающей волю, образ темницы. Это был ужас перед потерей себя, перед возвратом в то состояние бесчувственного инструмента, каким он, возможно, был до обретения Хранителей.

Но следом, поверх этого страха, пришло нечто иное. Тяжелое, неумолимое понимание. Образ гаснущего света, трескающихся стен, безмолвных, поникших фей. Это был образ смерти. Дом видел пропасть и понимал — отступить некуда.

И наконец, третья волна. Сложная, смешанная. Любопытство. Да, самое настоящее любопытство. Дом чувствовал в драконе родственную душу. Это было согласие на рискованный эксперимент.

Затем, прямо перед нами, из грубой поверхности стены начал проступать свет. Свет складывался в знакомые строки — те самые, что я когда-то читала в Договоре. Но теперь они были другими. В них появились новые пункты, вплетенные в древний текст.

Я медленно прочла их вслух, чувствуя, как каждый слог отзывается эхом в моей душе:

— ...И да будет так, что в час великой нужды и по взаимному согласию Действующего Хранителя и Сущности Дома, Дом вправе призвать к со-Хранительству иную Душу, чьи умения и силы способны отвратить гибель Сущности. Со-Хранитель обретает равные права и обязанности с Действующим Хранителем, и Слово их, произнесенное в единстве, становится Законом для Дома. Разногласие же между Хранителями да будет разрешено самой Сущностью Дома, и воля ее в сем споре станет решающей...

Я повернулась.

— Ты слышал? Дом согласен. Но его слово в наших спорах будет решающим.

Уголок его губ дрогнул в подобии улыбки.

— Лучше, чем я ожидал. Принимаю. Что дальше?

— Дальше — твое согласие.

Аррион подошел к стене, где мерцал текст, выпрямился во весь свой рост, и его фигура заполнила собой все пространство подвала. В синих глазах впервые на моей памяти вспыхнули вертикальные зрачки, присущие его расе.

— Сущность, известная как постоялый двор «Междумирье», — его голос прозвучал низко и властно, но без явного высокомерия. — Я, Аррион, высший дракон Аэтериса, наследник Каэля анСара, услышал твой зов и твое условие. Я согласен принять бремя со-Хранительства. Я обязуюсь вложить свои знания и силу в твое восстановление и процветание. Да будет между нами Договор.