Онлайн книга «Змеиного царевича невеста»
|
— Так что же ты, Аленушка, дома сидеть не станешь? Работать, поди, захочешь? — Разумеется. Зря я, что ли, образование получаю? — И на кого ты, лапушка, учишься? — На учителя черчения и рисования, — кисло ответила девушка, не подозревая, что только что сразила деда наповал. Да что там дед, я сам рот открыл и глаза вытаращил. Нет, она серьезно? Черчение? Рунное черчение — самая сложная для нагов наука. Попробуй, усиди за листом бумаги, нарисуй нужный свиток защиты или руну очищения! По рунному черчению у меня были самые низкие оценки, а ведь свитки — вещь очень нужная. Без них все ручками придется делать — и пыль вытирать, и готовить постоянно, и одежду штопать. А так — руну начертил, свиток в сундук бросил, и вся одежда, туда попадающая, сама чистится и чинится. Или на стенке в лавке нарисовал — и никакой тать не посмеет залезть. Хорошие рисовальщики рун — на вес золота у нагов. И то сказать, очереди у них огромные, дешевле свитки у гномов заказывать или даже у русалок, но там магия своя, не всегда с нашей совместимая. На мгновение я представил, что у меня будет собственный рисовальщик, и пришел в восторг. Может, и не страшно, что у нее ноги? А дед вдруг поднялся за столом и торжественно заявил: — Ай да Аленка! Вот золото девка! Не золото даже — брильянт! Учись, Златка, как жить надо! — Кому надо? — кисло откликнулась сестрица. — Мне не надо. Я на папенькиных плечах посижу, мне работать и учиться без надобности. Я просто красивая, как ты вначале говорил. — Ну и молчи тогда, — рыкнул дед. — И в дела семейные носа не суй, права голоса у тебя не будет. Самостоятельность — дело деликатное… Предчувствуя, что сейчас разгорится очередная семейная ссора, я быстро сказал: — Дед, да что ты все о делах, да о делах! Расскажи лучше Алене, как мы живем, какие диковинки есть в нашем царстве. Зря влез. Лучше бы дед на Златку наорал и пригрозил, что замуж ее выдаст, чтобы семью не позорила, а теперь он на меня переключился. Эх, вот и защищай после этого сестер! — Плохо мы живем! Ужасно просто! На пузе ползаем, прахом земным питаемся! Пресмыкающиеся мы, как есть пресмыкающиеся! Оттого и носить имя Великого Полоза права не имеем! Я с удивлением поглядел на тушеного окуня с морковью и горошком у себя в тарелке. Прахом, говоришь, питаемся? Ну ладно. — У всех приличных рас сколько ипостасей? — Две или три, — вздохнул я. — Кроме птиц. — Я сказал, приличных! У оборотней есть человеческий облик, у чертей есть, у русалок, у леших, у кикимор и берегинь… — Дед, ну не начинай. — И только наги ног не имеют! Хотя раньше имели! — Да зачем нам ноги, дед? И так хорошо же все! Мы самые сильные, самые умные, самые… — Самые ползучие! И знаешь, кто во всем виноват? — Знаю, — вздохнул я. — Бабка ее Варвара. Помню. — Чего? — изумилась Алена. — А бабушка при чем? — Так берегиня она была очень сильная. И парой ее был один юный наг. Но Варенька наотрез отказалась замуж за «змея поганого» выходить, а когда ей сказали, что ее, в общем-то, не спрашивают, амулет истинности украла, в Явь сбежала, да еще прокляла весь род Полозов. А так как Полозы царями тогда были, пало проклятье на всех нагов, виновных и невиновных. Я закатил глаза. Историю эту я сто раз уже слышал и искренне считал, что дед и его родители сами виноваты не меньше пресловутой Варвары. Не стоило берегине угрожать, надо было договариваться по-хорошему. К тому же незаслуженные проклятья, как известно, даже у берегинь не сбываются, а раз сбылось — сами себе ящерицы бесхвостые. |