Книга Желанная для него, страница 14 – Ани Файер

— Да, это я! — довольно лыбится он. — Батя где?

— Он скоро будет, с Лёшкой поехали за Леночкой, — отвечает мама. — Тимурчик, ты заходи-заходи скорей! Дай-ка обниму тебя!

Я быстро скидываю кеды и вешаю курточку, чтобы мама смогла подойти к Гору и пообжимать его вдоволь. А Яр, проходя мимо, цепляет меня своей рукой. Специально ведь! И не просто цепляет, прямо по заднице моей провёл ладонью, чуть сжав мою ягодицу, снова вызывая бурю эмоций, козлина такая! Обнаглел! Выводит ведь нарочно! Чтобы я почувствовала и разозлилась. А я почувствовала и… почему-то смутилась. Мне до мурашек приятны его взгляды и глупые прикосновения. Как подростки, чесслово! Как ни странно, всё это всколыхнуло все мои прежние чувства и эмоции по отношению к нему. А какие они, эмоции мои? Я так и не могла прочувствовать их до конца, потому что была замужем, понимала, что думать о другом мужчине — грех, и уж тем более — желать его. Ведь то, что в тот момент я оценивала его именно как мужчину, я осознала совсем недавно. А ещё Ярослав же младше меня, и является хорошим и верным другом моего Алёшки! И, вишенка на торте — Яр должен быть мне практически братом, ведь мои родители считают его своим сыном. А в моей голове и сердце он кто угодно, но уж точно не брат!

Иду на кухню вслед за Ярославом разбирать пакеты. Нельзя допускать подобных вольностей с его стороны. Он, может, и считает это глупыми тупыми шутками, чтобы выбесить меня, но я-то ведь воспринимаю это немного по-другому. И расцениваю, как заигрывание. Нельзя!

— Что это было? — спрашиваю у него.

— Ты о чём? — невозмутимо смотрит и даже не улыбается. Значит, мне что это, показалось всё? Или нечаянно было? Возможно… Что-то я уже и сомневаться начала. Стою, рассуждаю обо всём, распихивая продукты в холодильник. А что произошло такого, что я стала смотреть на Яра, как на мужчину? Ведь он не спасал меня от хулиганов, не сделал ничего героического, он просто всегда был рядом с моим братом. И я долгое время считала его и своим. Когда в моей голове произошел тот самый сдвиг? Сбой? Наверное, как раз за день до выпускного вечера ребят. Я помогала мерить им костюмы. Оглядела Лёшку, поправила ему рубашку и галстук, а затем подошла к Федорцову. Он долго сверлил меня своим убийственным взглядом, а я пыталась напялить на него пиджак. Он тогда сказал, чтобы я отвалила от него. И я отстала. Расстроилась? Да, конечно. Но это было скорее чувство смятения и неудовлетворения. Он не считался со мной и моим мнением. Он не хотел, чтобы я дотрагивалась до него. Я была противна ему. И я тогда ночь не спала, переживая по этому поводу. А потом настал выпускной, и он попросил меня бросить Макса. Честно признаться, до сих пор думаю, что мне показалось всё, и что Яр не говорил такого. Что же сейчас поменялась? Почему он так смотрит на меня? Держит? Улыбается? Или мне опять всё это только кажется?

— Давай помогу, — говорит Федорцов, стоя за моей спиной у открытого холодильника выхватывая из моих рук майонез, заметив, видимо, что я зависла. — Мама сюда его ставит, — шепчет над самым ухом, запихивая упаковку в боковую дверцу. А у меня мурашки от его голоса. Теплое дыхание приятно щекочет кожу, а хрипловатый раскатистый бас будоражит воображение. Боже мой! Что со мной происходит?