Книга Желанная для Альф, страница 27 – Ани Файер

— Понял, Кир, — проговорил он, не смея поднять голову. — Пусть пока так и будет. Но эту землю не отдам тебе!

— Разберёмся, Борь! В следующий раз обязательно со всем разберёмся! — отвечаю Жирову, одновременно кивая Дымову, чтобы брал своих баб и сваливал, нахер, отсюда вместе с Ветровым и теми, кто ещё здесь остался.

— Обязательно разберёмся, Чернов! И я буду готов к этому визиту! — шипит Аркадич.

Я недовольно поджимаю губы, таща Анну за собой. Понимаю, что Борис со всеми его связями этого просто так не оставит. Я оставил его сегодня без куша, он потерпел колоссальные убытки из-за потери девушек. Нужно всё хорошенько обдумать вместе с Ярославом. Яр… Что же он?…

Мотаю головой, бляха-муха, от его необдуманного поступка. Он же мой брат! Хотя, может, именно поэтому прекрасно понимаю его чувства. Он, как никто другой, хотел себе истинную пару. Нет, не хотел, мечтал о ней. А получил её я. Тот, кто вечно ржал над предсказаниями Айвы и не верил ни единому её слову. Я чувствовал. Чувствовал, что это она и есть! Никогда в жизни подобного не испытывал! Меня словно скрутило всего, когда увидел Аню. Нежная, красивая… Она моё неожиданное благословение. Моя желанная… Омега? Не может этого быть! Хотя, почему не может? Я ведь чувствую, что она моя, а она ведь обычный человек, а не самка клана! Может, именно поэтому по ней так пускали слюни Жир, Дым, а потом и Яр? Смотрю на совсем приунывшую Аннушку, открывая ей двери своего внедорожника. Не может этого быть! Она страдает от поведения Ярика? Однозначно это так! Я чувствую это! Он ей тоже небезразличен? Пристегиваю девушку к сиденью, нежно проведя фалангой сложенного указательного пальца по её скуле. Она смотрит на меня огромными светлыми глазами, будто сканирует, залезая в самую душу. Что с ней? А что со мной, блядь? Готов ли буду отдать её брату? Закрываю дверь с её стороны. Нет! Однозначно нет! А разделить? Как делили между собой правнучку Айвы?

— Твою мать! — досадно рычу, стукая ладонями по капоту машины, проминая металл, исподлобья впиваю свой взор в девушку сквозь стекло. Вижу, что она вжалась в сиденье, обняв себя руками, и испуганно смотрит на меня. Это меня немного отрезвляет.

Анна

— Боже, помоги мне! — шепчу я чуть слышно, видя, что Кирилл в бешенстве. Он стоит и смотрит на меня через лобовое стекло машины, сверля своими голубыми глазами. Желтых прожилок в яркой радужке стало больше, и они будто молнии летят прямо в меня, обжигая, подчиняя. Он скалится, обнажая свои длинные белые клыки, как у вампира. Он будто готов впиться мне прямо в шею и высосать из меня всю кровь и душу. Он, конечно, не Эдвард Каллен из «Сумерек», но и я не Белла Свон, мать их всех за ногу! Затем, Кир опускает голову и запускает длинные пальцы в свои светлые волосы, немного взъерошив их. Его стальные мышцы, словно канаты, обвивают загорелые руки. Я вижу, какой он сильный, такой же, как и его брат. Перекачанные гиганты. Словно греческие боги спустились на землю. Нет, титаны. Кирилл с Ярославом почти одинаковые. Почти… Они, как кусочки одного целого, дополняют друг друга. Но я их различаю. Мне кажется, у них всё внутри другое — взгляд, эмоции. Но это не противоположное, просто другое.

Кирилл сейчас на взводе и опасен. Я не представляю как вести себя с ним. А я вижу лишь, что его тату на висках, как и у Яра, делают его просто неотразимым для меня. Меня что, это возбуждает что ли? Сжимаю бедра вместе, стараясь не смотреть на него. Он очень сексуальный, красивый, брутальный. От него прёт мощью и силой. И я, наверное, боюсь его. Только сейчас до моего сознания стали долетать отголоски сегодняшнего дня, который всё перевернул с ног на голову. Я не понимаю, что происходит! Эти мужчины… Они невероятно огромны, сильны и, чего греха таить, очень странные. С ними явно что-то не так! У них удивительные глаза с жёлтыми прожилками в зрачках. У всех троих, кого я видела. Хотя, скорее четверых, даже у Аркадича они есть, пусть и не такие заметные, как у других. Ещё у них есть клыки, и они рычат! Реально рычат! И это пугает. Да, наверное, именно этот факт меня сбивает больше всего, потому что я боюсь собак. Очень сильно. А сегодня я в этом убедилась, когда меня преследовали те бульдожки-бычки.