Книга Выше неба, страница 31 – Татьяна Кадуцкая

— За что?

Сатир вскинул на него вызывающе-горький взгляд.

— А ни за что! Просто так. Как талисман здесь сижу.

И избитый, полузамученный парень отвернулся. Пояснил всё Касубар, с пренебрежительной ухмылкой поглядывая на демонов Майда:

— Некоторые считают сатиров символами мужской силы и сластолюбия.

Гирхато недовольно прищурился. Да, сатиры были слабее демонов, но обычно их не трогали, всё-таки магическая кровь, вещие сны и волшебная игра на свирели. Сейверан снял ошейник с нелюдя:

— Как тебя зовут?

— Дато, — парень потрогал красную воспалившуюся кожу на шее.

Крылатый присел перед ним на корточки:

— Дато, здесь была девушка? Новенькая, смертная? … Где?

Сатир указал на Факел — высокую чёрную башню. Оставив Дорсена разбираться, Сейверан помчался наверх.

— Милория!.. — он сглотнул, глядя на фигурку в распахнутом окне. — Это я, душа моя!

Девушка узнала вошедшего, со стоном выдохнула, сгибаясь, словно от невыносимой боли, и расплакалась. Демон подбежал, быстро снял её с опасного узкого подоконника. Смертная прижалась к нему, обхватывая за шею:

— Я так боялась, что вы не успеете.

— Я успел.

Внутри всё горело от её слёз. А глядя на «ложе любви», представляя, что здесь было бы, если бы он опоздал, накатывала слепая ярость.

— Не бойся, любимая. Я рядом!

В дверях стоял мрачный Дорсен:

— В том-то всё и дело, мой лорд. Пока ты рядом, Милория в опасности.

Сейверан не ответил, лишь взглядом велел другу замолчать. Райхон сокрушённо вздохнул, но послушался. За его спиной топтался освобождённый сатир. Гирхато перевёл на него внимательный взгляд:

— Моё имя Сейверан Гирхато, этот домен теперь принадлежат мне. Я чту древние законы. На моих землях всем хватает места: и демонам, и людям, и нимфам. Возвращайся в свой лес и передай мои слова своему народу.

Парень настороженно посмотрел на демона, неуверенно цокая по камням.

— Я передам.

— Ступай, Дато! Ты свободен.

Сатир, попрощавшись, покинул дворец, рванув в родные леса, только пыль взлетала из-под чёрных копыт.

Сейверан укутал девушку в покрывало, успокаивающе поглаживая по спине.

— Прости меня, девочка, что не уберёг. Испугалась?

— Нет… Да, очень, — не выдержала и призналась Милория. — Здесь все боятся.

Гирхато тяжело вздохнул:

— Знаю. Сейчас всё будет по-другому, — он ободряюще улыбнулся. — Ну, что? Пора домой?

Милорию вернули перепуганным родителям. Демон поморщился от громких воплей Нурии и инахан Шаргии, заметил посуровевшее лицо Давея. Их осуждающие взгляды были не приятны и особенно чувствительны, наверное, от того, что он сам испытывал вину за случившееся. Сейверан коротко попрощался с возлюбленной, пообещав придти позже, а сам отправился принимать присягу Огненного домена.

Собравшиеся настороженно смотрели на нового лорда. Гирхато медленно прошёлся перед Высшими демонами, присяга которых приравнивалась к общей: каждый из них клялся за свой род и за служивших ему низших. Сейверан окинул изучающим взглядом территорию вокруг дворцовой стены, словно что-то решая для себя. Дворец из красного песчаника символизировал Огненную стихию, только стены из красных давно стали чёрными, покрытыми копотью и сажей, не иначе здесь часто играли огневиками. Вот только в кого метали эти огневики демоны?..

Гирхато повернулся к мужчинам.