Книга Эксклюзивно для Его Величества, страница 106 – Татьяна Кадуцкая

Я пыталась поговорить с ведьмой, объяснить свою позицию, но она меня даже слушать не стала.

— …Я репортёр! Моя работа — рассказывать людям правду о том, что происходит в мире. А здесь что-то происходит!

— С чего ты взяла? — Невару даже не изменилась в лице.

— Чувствую.

— Ты эмпат? — с той же безэмоциональной физиономией.

Убила бы!

Ведьма сложила газету, которую до этого читала.

— Арно, ты никогда не думала о том, что в управлении людским сознанием правда может быть инструментом куда более грубым, чем ложь? — Невару посмотрела мне в глаза. — Она может принести намного больше бед, чем обычная недосказанность!..

И ушла. Даже не выслушала мой ответ. А я бы поспорила! Потому что, по моему мнению, правда — всегда лучше! Даже горькая, неприятная! Переварив её, ты начнёшь искать выход, а не погружаться в мнимое благополучие!.. Но это был один из тех многих разговоров, когда мы с Невару так и не приходили к общему знаменателю. Каждый оставался убеждённым в собственной правоте.

А через неделю меня ждал ещё один сюрприз. И я пока не знала, как на него реагировать: злиться, обижаться или радоваться? После того ночного происшествия и моего задержания Михал Пантин, как оказалось, написал на меня докладную и свалил на Родину, причитая:

— У меня семья! Маленькие дети! Я не могу так рисковать!

Прислонившись к стене, я наблюдала за его суетливыми сборами и пыталась понять: при чём тут дети?.. Но, в общем-то, не уговаривала Пантина остаться. Мне не нравилась его жизненная позиция и отношение к делу, и сейчас я надеялась, что из большого мира пришлют кого-то адекватного. А явился… мой сводный брат. Увидев Томаса Хейли на пороге своего номера, я растерялась.

— Ты что здесь делаешь?

— Буду с тобой работать, — парень широко улыбнулся, бросая сумку в угол. Там что-то опасно дзынкнуло, но Томас даже ухом не повёл. — Ну что? Давай обнимемся?

Я на всякий случай заглянула ему за спину, ожидая увидеть маму или отчима, но никого не было. Недоверчиво глянула на хихикающего Тома.

— Как тебя отпустили в Азурию?

— Я теперь работаю в «MB-vexa». Услышал, что тебе нужен оператор и вызвался добровольцем.

— И тебя пустили?

— А больше желающих не было. Отец не в восторге, конечно. Но я умею убеждать.

— Зачем?

— Приключений хочу! — легко пояснил сводный брат. — А с тобой они по-любому будут!

Вечером ожидаемо позвонили Хейли. Томас как раз сидел у меня в номере. Я отошла к окну, чтобы не мешать разговору, но всё равно слышала каждое слово. Дрожащий от слёз голос матери (обычно на мужчин действовал безотказно) и наставительную проповедь Брайана Хейли. Том спокойно всё выслушал и заявил:

— Дорогие мама и папа, я давно совершеннолетний и сам буду решать, как мне жить и работать. А попробуете давить, пошлю ещё дальше, чем то место, где я сейчас нахожусь!

И сбросил вызов.

— Грубо! — я скрестила руки на груди и повернулась к парню.

— Вырастили эгоиста, пусть мучаются, — отмахнулся братец. — Нечего было меня баловать в детстве.

— А ты бы не баловался.

Том белозубо улыбнулся.

— Я что, дурак? Отказываться от радостей жизни?!

— Повезёт же кому-то отхватить такое счастье! — сокрушённо вздохнула я.

Томас замахал руками.

— Огради, Триединый!

Я, посмеиваясь, наблюдала за парнем. В каком-то смысле я узнавала в сводном брате себя семилетней давности: молодая выпускница университета со смелыми мечтами и безграничной верой в себя и в окружающих людей. Впрочем, на то она и юность… Повзрослеть Томас всегда успеет. И вместо радужного спектра будет видеть только серые оттенки.