Книга Эксклюзивно для Его Величества, страница 201 – Татьяна Кадуцкая

После поздравлений и вручения подарков Кристиан Арно выразительно глянул на дочь.

— Софи, Раулю пора спать. Уложи его, пожалуйста… А мы пока пообщаемся.

Девушка перехватила тяжёлый взгляд отца, направленный в мою сторону и забеспокоилась.

— Пап, давайте поговорим все вместе!

— У нас мужской разговор!

— Папа!

— Софи! — в голосе мужчины прозвенела сталь.

И девушка послушно ушла наверх, ободряюще улыбнувшись мне на прощание. А мы с будущим тестем — я надеюсь — остались вдвоём. Кристиан Арно нахмурился.

— Вы мне не нравитесь! Не такого мужа я хотел для своей дочери.

Лихо!.. Но я сюда не ругаться пришёл.

— Господин Арно, я люблю вашу дочь. А она любит меня. Я сделаю всё, чтобы Софи была счастлива.

— У вас уже была такая возможность.

Похоже, злопамятность Софи досталась от отца!

— Знаю! Но ваша дочь дала мне второй шанс. Дайте и вы! Ей хорошо со мной!

— Ах, "хорошо"?.. Ну, пойдём… поговорим по-мужски!

Мы вошли в кабинет Арно. Дверь с тихим щелчком закрылась за спиной, и мои инстинкты предупреждающе взвыли. Но в то же время я понимал, что серьёзной угрозы нет. Так, потыкают носом в собственную лужу, и всё.

— Почти восемь лет назад мне позвонила бывшая жена и попросила забрать дочь из столицы. Когда я увидел мою девочку, то едва узнал её, — Кристиан Арно прищурился, нервно постукивая пальцами по маленькой статуэтке на столе. — Мне казалось, я вижу перед собой тень. Софи была настолько раздавлена случившимся, что не воспринимала происходящее… Психологи называют это защитным механизмом.

Мужчина бросил безделицу, и я машинально поймал её… Обжигающая боль разлилась по коже, я невольно вскрикнул и тут же прикусил губу. А болело всё сильнее. Я изо всех сил махал рукой, стараясь избавиться от причины мучений, но заколдованная игрушка прилипла к ладони и продолжала жечь раскалённым металлом.

— Не дёргайся, — предупредил Арно. — Это Fonreis — проклятие кипящей лавы.

И я вспомнил, что отец Софи — маг Металла. Он с нескрываемой ненавистью смотрел на меня.

— Я хочу, чтобы ты почувствовал хоть толику той боли, которую пережила моя дочь после твоего Огненного вихря… Когда я боялся оставить её одну и малодушно прятал бритвы и верёвки. Отменил все командировки, сорвал съёмки, чтобы быть с ней…

В зачарованные двери кто-то барабанил. Я слышал голоса Стенли и Софи, но не мог произнести ни звука. Если бы открыл рот, точно заорал бы от невыносимой боли. Мне казалось, что с обожжённых рук слазит кожа, что огонь проникает до костей. А слова хозяина дома добивали.

— Софи год пробарахталась в г. внище, считая себя психически больной. Людям в глаза смотреть боялась. Разучилась смеяться! Разучилась плакать!.. Превратилась в заводную куклу! — Кристиан Арно рассвирепел. — Из-за тебя! Из-за той змеюки, что под личиной дружбы пригрелась на её груди!

— Я всё исправлю, — просипел я.

— Исправит он!.. — мужчина неприязненно глянул на меня. — Знаешь, что такое любить, королёк?.. Это когда все клеймят твоего ребёнка, а ты за него любому в горло вцепишься! Вот это любовь! А что ты?

— Я виноват… Я признаю это… Но я многое понял, переосмыслил… Это стало наукой на всю жизнь!

Говорить было практически невозможно. Горло затопила раскалённая лава. Мне казалось, я сейчас превращусь в пепел.

— …Я люблю Софи!.. Я женюсь на ней!