Книга И вырастут крылья, страница 119 – Татьяна Кадуцкая

— Ты правильно сделала, что не мямлила, а сразу послала Воронцова, иначе не отвязался бы. Но глаза он тебе зашорил конкретно. Вы полгода вместе – и не одной встречи с друзьями, с тем же братом. Неужели тебя это не насторожило? Неужели ты не поняла, что он не пускает тебя в свой близкий круг?

Только пожала плечами на это.

— Я верила ему, понимаешь?

Влад взъерошил светлые волосы.

— Нельзя слепо верить никому. В любых отношений, хотя бы десять процентов отводи на то, что тебе талантливо врут. Это поможет трезво оценивать ситуацию.

Во рту пересохло от горечи.

— Я уже поняла это.

— Да. Но какой ценой? – брат скрипнул зубами.

Что я могла ответить? Только попросила.

— Родителям не говори ничего.

Он согласно кивнул.

— Что будешь делать?

— Не знаю пока. Надо оклематься. Но ты не переживай, – я взяла его руку, подула на сбитые костяшки, а потом кивнула на комнату Ангелины: – Мне есть ради кого жить.

Первое время я ждала Артёма, вопреки всему. Вопреки всем словам и доводам, вопреки собственному здравому смыслу. Я на сто процентов была уверена, что он захочет со мной увидеться и объясниться. Находила тысячу оправданий поступку Воронцова: и его высокое положение, и давление родителей, и амбиции. Я вздрагивала от каждого звонка, от каждого стука в дверь. Казалось, вот сейчас маг появится на пороге – и я прощу. Потому что люблю!.. Но никому моё прощение не было нужно. Смириться с этим оказалось тяжелее всего. Принять, что для Артёма наши отношения никогда не были чем-то серьёзным. Приятными – да! Удобными – да! Нужными – в каком-то смысле, да! Но не серьёзными!!! Именно поэтому за полгода обо мне не узнал никто, кроме Филиппа Вопилова, который прикрывал дружка. Если бы не Никита… Никита лишь ускорил неминуемый крах.

А вот когда к нам пришёл новый инспектор, я окончательно поняла, что Воронцов не вернётся и фраза о том, что он дважды не предлагает, была не пустыми словами. Я едва дождалась, когда незнакомый маг уйдёт, и разрыдалась – громко, некрасиво, с подвываниями. Просто не могла больше сдерживаться! Меня разрывало от безысходности! Наверное, где-то глубоко в душе я всё-таки надеялась, что Тёма вернётся. Почувствует, как ему плохо без меня, и передумает. Поймёт, что со мной лучше, что я нужнее. Оказалось, я не нужна…

* * *

Иринг

Виджей поцеловал жену, бережно прикасаясь к животику.

Это было похоже на чудо: смотреть на любимую женщину, вынашивающую его малыша! Слушать, как толкается детёныш – такой долгожданный, такой выстраданный!.. В первую беременность оборотница не позволяла мужу коснуться себя. Когда Лея – вынужденная вторая жена – вынашивала Деви, то лезла сама, но Тандекар брезговал, особенно после несчастного случая с Калиной. А сейчас альфа надышаться на свою кошку не мог! Как только узнал о беременности, каждую свободную минуту был рядом: помогал, заботился, баловал жену. Когда сын стал толкаться, Виджей начал разговаривать с ним и, приложив руку к животу оборотницы, жадно слушал ответные шевеления.

Калина не мешала, не смеялась и не подшучивала. Для неё тема материнства и детей вообще была священна. Женщина неукоснительно следовала всем рекомендациям лекарей и считала дни, недели до конца беременности. Когда позади остался первый триместр и исчез преследующий старый страх, стало легче, она сама поверила, что в этот раз сможет, выносит ребёнка. Оборотница немного переживала за реакцию Деви, но падчерица спокойно восприняла новость о пополнении в семействе. Только посетовала: