Книга И вырастут крылья, страница 29 – Татьяна Кадуцкая

Тихо тикали часы на прикроватной тумбочке, шелестел ветер за окном, а я лежала, уставившись в потолок, вспоминая прошедшие сутки. Это были самые долгие и трудные двадцать четыре часа. Кажется, я прожила целую жизнь. И не одну! Свою, Маринину, Линнель… Да у меня за год событий было меньше, чем за эти день и ночь! Голова гудела от тревожных мыслей, от изменений в собственной жизни. Маги в Управлении были правы: ребёнок – это большая ответственность. И даже я, не имеющая детей, понимала это. А ещё понимала, что не найду поддержки у близких. Что мать с отцом, да и Влад запрессуют меня за удочерение обычного человека. Была бы жива бабушка, а так… Одна надежда на оборотней и на Артёма Воронцова. Почему-то мне было легко верить ему. Может, интуиция подсказывала, что он хороший человек. Да и Никиту со счетов сбрасывать не стоило. Вот он как раз таки уже доказал, что готов помочь. Но несмотря на гнетущие мысли, я не жалела о своём решении. Под боком шевельнулась девочка, с её губ сорвался то ли вздох, то ли стон.

— Тш-ш-ш!

Успокаивающе погладила прохладную ручку и поцеловала свою доченьку. Да! Моя она! Моя!!!

Я уснула под утро. В какой-то момент просто провалилась в глубокий сон. Без сновидений, без кошмаров. Ничего! А проснулась по естественной надобности. Аккуратно выбралась из-под руки Линнель и на цыпочках побежала в туалет, благо совмещённый санузел был в комнате. Не успела – простите за подробности! – снять трусы, как раздался испуганный плач.

— Линнель, я здесь! – крикнула в комнату.

Чёрт, и не остановишь процесс!

— …Лин, Лин! Тихо. Я скоро!

Толкнула дверь, чтобы Линнель меня увидела. Но она не могла. Гной склеил реснички, глаза не открывались. Малышка ручками искала меня, ползла на мой голос. Я задохнулась от ужаса:

— Лин, стой! Остановись!

Я почти успела, почти… Линнель упала на пол и заплакала от боли. Едва я её подхватила, в комнату вбежала босая Калина.

— Что тут у вас?

— В туалет ходила, а она проснулась…

Стыдливо одёрнула пижаму, потому что в дверях комнаты появился хмурый хозяин дома. Линнель обняла меня за шею и тыкалась личиком, словно слепой котёнок. Я целовала её, утешала, давясь чувством вины.

— Я всего на минуту…

Калина тряхнула головой, приходя в себя от волнения.

— Зови меня, – велела оборотница и уже мягче добавила: – Первое время нельзя оставлять Лину одну даже на минуту!

Я кивнула. Рядом с Тандекаром появилась девочка, по виду немного старше, чем моя Линнель. Она стояла сонная, в забавной пижаме с феечками. Чёрные кудрявые волосы торчали в разные стороны.

— Папа, кто это?

Тигр присел рядом с девочкой.

— Это наши гости, Деви.

— Они странно пахнут.

— Это люди.

Деви распахнула чёрные, как угольки, глаза.

— А можно с ними играть?

— Позже, – сразу предупредил альфа. – Линнель болеет. Сначала ей надо выздороветь.

Маленькая оборотница осторожно вошла в комнату, но дальше порога отец её не пустил. Кто знает, как Линнель отреагирует на другого ребёнка? Не хотелось пугать ни её, ни Деви. Тигрица спросила:

— У Линнель болят глазки?

— Да.

Девчушка забавно хмыкнула и важно сказала:

— Тогда надо позвать Луку или Федю. Они же всем лечат глазки. Да?

— Конечно, – с улыбкой согласился отец. – Они скоро вернутся, и мы их позовём.

Калина как раз закончила убирать гной с ресничек моей девочки и поднялась: