Книга И вырастут крылья, страница 98 – Татьяна Кадуцкая

Артём перехватил мой пытливый взгляд и улыбнулся.

— Пора возвращаться, а то Лина уже считает Степь своим домом.

Честно, я и сама всё чаще хотела вернуться в Паг-Авит. А после того, как сходила к бабушке на кладбище, особенно. До безумия соскучилась по своей квартире и привычным вещам, которые я выбирала и покупала сама.

— Думаю, и опеку можно снять, – продолжал маг. – Претензий нет ни у нас, ни у Светлых стражей. В ближайшее время оформим все документы на удочерение, чтобы у девочки была твоя фамилия и твоё имя в графе «родители».

— Ангелина Журавлёва, – я довольно улыбнулась. – Красиво звучит, правда?

Артём машинально кивнул, отвлёкшись на малышку. Торопливо подошёл к ней и достал закатившийся карандаш. Лина искоса глянула на него и мотнула головкой, так благодаря за помощь. Мужчина вернулся ко мне.

— У тебя же двухкомнатная квартира, если не ошибаюсь?

— Да.

— И как вы там поместитесь?

— Спальню отдам Лине, а сама буду жить в гостиной. Пока нам хватит места, – успокоила Воронцова. – А дальше посмотрим.

Он пригладил чёрные волосы.

— У меня квартира больше, но по сути те же две комнаты: спальня и гостиная.

Я невольно заулыбалась, понимая, что Артём не против жить вместе. Это о чём-то же говорило! Ведь так?!

— Лучше ты к нам! – прижалась к нему. – У нас тут своё гнёздышко!

— Там! – поправил мужчина, махая головой в сторону. – Ваш дом там.

Эти разговоры сильно воодушевляли на конкретные действия. И я зависала на дизайнерских сайтах, планируя ремонт в комнате Лины.

Но когда о переезде в Паг-Авит сказала остальным, то кошка сильно расстроилась.

— Мы тебя обидели?

— Кали, ты что? – обняла её. – Ты мой друг. Моё рыжее солнышко!.. Если бы ты знала, как я сейчас переживаю: боюсь, что улечу домой, и наши отношения прекратятся. А я бы этого не хотела. Я люблю всех вас, и не важно, какой длины ваши хвосты. Но… там наш дом. Понимаешь? Там я хозяйка.

Женщина опустила голову. Посидела, подумала и тяжело вздохнула.

— Да, понимаю.

А я продолжила:

— Ира уже готовит комнату для Лины. Смотри, какой проект нам её подруга предложила, – подсунула ноутбук ближе. – Та самая Лукерья оказалась довольно известным дизайнером.

Калина несколько минут смотрела на экран, потом повернулась ко мне.

— Не могу поверить, что вы улетаете. Обещай, что будешь звонить и навещать нас.

— Конечно! Я стану самым надоедливым гостем в истории Ласанги! – шутливо пообещала оборотнице.

С этого момента наше возвращение в столицу стало решенным делом. Собрались мы быстро. Ведь, кроме одежды и игрушек Лины, паковать было нечего. Бегая между сумками, мы шутили и смеялись, а тоска всё равно грызла.

И вот этот день настал. Артём принёс документы, где чёрным по белому было написано, что Ангелина моя дочь. Теперь никто не мог отобрать её у меня. Мы устроили праздничный обед, открыли шампанское. Пили за счастливое будущее, за мечты! А потом отправились в Паг-Авит.

Деви хлюпала носом, не желая отпускать Лину. Мила с Тосей затискали мою доченьку, зацеловали. Я смотрела в их блестящие от слёз глаза и чувствовала какую-то вину… Но потом увидела хмурого Рустама Найгаса возле двери и поняла, что всё делаю правильно. Это моя жизнь и мне отвечать за неё.

Виджей Тандекар, прощаясь, задержал мою руку в своей.

— Дарья, у тебя есть мой номер гилайона. Если что, звони сразу же, в любое время. Не важно, что опека снята. Ты всегда будешь наша.