Книга Счастье бродит на кошачьих лапках... Книга 2, страница 105 – Татьяна Кадуцкая

— Думаешь, я ничего не вижу и не понимаю?

— Ты о чём, Паш?

Райский поднял на неё мутный взгляд.

— Скажи мне как?.. Что мне сделать, чтобы вытравить его из твоего сердца?

Ангелина выпрямилась.

— Что?

А мужчина засмеялся, едко, зло, мёртво.

— Я не знаю, кто он. Я не знаю, как его зовут. Но он любит ананасовый сок, куриное мясо, а по утрам пьёт чёрный чай с горячими бутербродами. Начинает день с чтения свежих газет и спит с правой стороны кровати. Он носит тёмные рубашки и запонки, которые я, кстати, терпеть не могу. Он не пользуется парфюмом и спит на спине.

— Паша…

Кошка была шокирована: Райский попал в точку по всем пунктам. Мужчина следил за её реакцией, а перехватив ошарашенный взгляд, пояснил:

— Это всё ты неосознанно делала со мной. А я каждый день боялся и ждал, что ты назовёшь меня его именем. Но недавно мне стало казаться, что я что-то значу для тебя. Оказалось, нет…

Девушка не шевелилась, пока Павел собирал вещи. Вздрогнула, когда стукнул чемодан в прихожей.

— Вроде всё забрал, — мужчина огляделся. — Если что найдёшь, выброси… Прощай!

Оборотница ждала упрёков, грохота входной двери, но лишь жалобно звякнули оставленные на полке ключи.

После расставания с Райским Ангелина испытывала смешанные чувства: и облегчение, и грусть. Оборотница привыкла к Паше, ей было хорошо с ним, удобно. Но в то же время кошка понимала, что бесконечно так длиться не может. Нельзя прятаться даже в своём доме. Рано или поздно она бы прокололась. Ладно Серганов и Лебедев: они связаны общими тайнами, общими смертями. А Паша причём? Потому что среди тысячи нормальных женщин выбрал её? К тому же он и так всё понял… Понял, что она не любит его…

Райский улетел из страны в начале марта. По официальной версии налаживать контакты с немецкими партнёрами. А Ангелина знала, он улетел от неё.

Денис и Михаил Владимирович ругали оборотницу.

— Зачем ты голову мужику морочила?! — кричал Лебедев. — Чего тебе не хватало?!

Девушка понурилась.

— Что тот у. бок сделал с тобой? — Серганов смял пачку сигарет и отшвырнул прочь.

— Кто?

— Муж твой бывший. Что он сделал, что ты зверем на ЗАГС смотришь?.. Избивал? Насиловал?

— Не смейте! — кошка взвилась со своего места. Голос дрожал от ярости. — Не смейте так говорить о нём!

— Геля… — опешил Серганов.

— Это я ушла от него. Я!!! Ясно вам! Он думает, что я погибла.

— Что?

— А я люблю его! Люблю все эти годы!

— Почему ты ушла?

— Потому что я бесплодна! У меня не может быть детей!

Отчаянно крикнула оборотница и выбежала из дома.

Серганов нашёл девушку в парке у старого дерева с кривыми ветками. Геля сидела под ним, что-то бормоча под нос. Затихла, услышав приближение человека.

— Эту вишню я посадил, когда родилась Саша… Старая уже, — Михаил Владимирович провёл рукой по стволу и присел рядом с кошкой. — Незадолго до аварии вишня заболела. Я даже хотел срубить её. Лишь потом понял, что это был знак. Вишня заранее чувствовала беду с Сашенькой…

Ангелина посмотрела на мужчину.

— Вы любите свою дочь. Неужели не видели, как ей было плохо? Как она мучилась, виня себя в смерти матери?

— А что я мог сделать… если сам ей винил? — Серганов спокойно встретил взгляд оборотницы. — Знаешь, каково это: любить и ненавидеть своего ребёнка?

— Вы что?! Она же не хотела этого!