Книга Счастье бродит на кошачьих лапках... Книга 2, страница 171 – Татьяна Кадуцкая

Юрий хмыкнул.

— Но что-то же заставило вас прятаться все эти годы?

— Страх.

— Вот и я о том же. Вы знаете, что блуждающих порталов стало больше? И не в два раза. И даже не в пять. За последние годы количество таких пространственных кротовин увеличилось в двадцать раз.

Кошка настороженно глянула на него.

— Почему?

— Никто не знает. Но многие полагают, что это связано с событиями в Камингаване.

К их диалогу присоединился Лука.

— Наверное, наш мир реагирует на то, что там происходит. Порталы, вспыхнувшее Око бездны, странные слухи о чёрной мерзости в Забытых землях…

Кошка слушала мужчин, но не вмешивалась. Да, ей рассказали о событиях, случившихся на Гебе, но это воспринималось как-то опосредованно. Всё-таки быть участником — это одно. А выслушать — всё равно, что прочитать учебник по истории: было и было, никакого эмоционального отклика!

Оборотни неспешно прохаживались по праздничному городу, и разговор как-то сам собой закрутился вокруг Ока бездны. Слушая Станева, Калина ужаснулась, осознав весь масштаб трагедии. Опустевшие поселения, выжженная степь, над которой боятся летать птицы, и сотни слепцов! Повинуясь порыву, девушка остановилась, зажмурила глаза, ещё для надёжности закрыла их руками и попробовала представить, как это? Несколько минут не происходило ничего, а потом кошку окликнули.

— Эй! Догоняй!

Она сделала несколько шагов и нерешительно замерла, чувствуя впереди пустоту. А голоса слышались уже с другой стороны. Ещё один неуверенный шаг — и девушка остановилась. В страхе распахнула глаза. Всё расплывалось, бегали тёмные пятна, но самое главное: она видела! Оборотница прижалась к вернувшемуся Никите.

— Ты чего? — журавль обнял её.

— Ничего, — отмахнулась девушка.

Тот растерянно переглянулся с остальными. Станев лишь хмыкнул.

Уже, когда на землю опустилась ночь, мужчины проводили кошку домой, не доверив эту миссию ханам. А у подъезда их ослепили вспышки магокамер.

— Вот гады! — выругался Лука, прикрывая лицо руками, и следом за остальными спрятался за дверями.

— Виджей предупреждал, что папарацци просто так не отстанут, — вздохнула девушка.

— Тайны манят, — усмехнулся Знаменский, прислушиваясь к шуму на улице.

Судя по всему, охрана разбиралась с ушлыми репортёрами. Юрий в упор посмотрел на оборотницу:

— Вы слишком лакомый кусок. Не отстанут… Я бы не отстал.

Лука сунул руки в карманы:

— Да дай ты им это грёбаное интервью! Сама! Выбери газету, репортёра. И всё!

Чарский склонил голову набок.

— А Станев дело говорит, между прочим. Чем ждать, пока вас зажмут в каком-нибудь углу и огорошат очередной «жёлтой» тупостью, лучше самому выбрать место и того, с кем можно нормально поговорить.

Кошка молчала. Несмотря на внутренний протест, она понимала, что в словах Луки и Юрия есть смысл.

Потом она много думала об этом и как-то неожиданно вспомнила того мага-журналиста, который во времена всеобщей травли не перетряхивал грязное бельё, а писал о реальных делах Ратомской. Через несколько дней Калина позвонила Чарскому.

— Я знаю, кому хочу дать интервью.

…

Паг-Авит для большого города был непривычно тих. По тротуарам прохаживались люди и нелюди, возвращались домой школьники, а в воздухе только где-нигде мелькали металлические бока автолётов. Ни какой толкотни или спешки: некому было толкаться, и никто никуда не торопился. В последний раз столичные улицы были такими пустынными в день коронации Кейдна ІІ: тогда счастливчики оккупировали королевский дворец и главный храм, чтобы увидеть всё собственными глазами, а кому повезло меньше, наблюдали за церемонией по телевизору. Сегодня причиной затишья была не королевская семья. Многие ласангцы хотели услышать рассказ оборотницы, выжившей в Изначальном мире. Спустя месяц после возвращения Калина Ратомская согласилась на интервью журналу «Целительство и магия».