Книга Призрачный мост Матиара, страница 191 – Татьяна Кадуцкая

Даниэль, не выдержав, засмеялась. Клер, решив, что ей не верят, ударила себя в грудь:

— Клянусь!

Девушка усадила блондинку за стол. Несмотря на некоторую грубость и неотёсанность, Клеруца ей нравилась. Отсмеявшись, Даниэль сказала:

— Думаю, мы поладим!

— А то!

Так началась новая студенческая жизнь.

Боль от расставания с Горацием притупилась. Даниэль по-прежнему думала о нём, продолжала звонить и писать уже скорее по привычке, даже не надеясь на ответ. Девушка ничего не рассказывала Клер о случившемся, но та сама догадывалась, что у соседки есть сердечная тайна. Тем более что к зеленоглазой красавице знакомиться подходили часто, не только однокурсники, но и ребята постарше. Только та сразу давала понять, что согласна лишь на приятельские отношения.

В группе довольно быстро произошло расслоение, чего и следовало ожидать. Маги держались отдельно, считая себя чуть ли не королями в изгнании. В их настороженных взглядах всё равно проскальзывало высокомерие, а поведение было пропитано манерничеством. Волки вообще ни на кого не обращали внимания. А между ними суетились люди. Кровь лисицы была слишком слабой, поэтому Даниэль даже не говорила о ней и с чистой совестью тусовала с людьми. Наверное, именно поэтому для всех стало шоком, когда на родительское собрание прилетел Родик Гилмор и на соответствующий вопрос представился её отцом.

Уже после оборотень с некоторым напряжением посмотрел на девушку:

— Ты не злишься?.. Я посчитал лишним объяснять этим тугодумам что к чему.

Даниэль покачала головой:

— Нет, конечно. И Родик… я буду рада, если у вас с мамой что-то получится.

Мужчина не стал отпираться, но заметил:

— Всё сложно, Даня. И мне, и Ники. Пока твоя мама видит во мне лишь друга, защитника. А я… Меня привлекает Николь как женщина, но я не уверен, что готов к чему-то большему, чем простая интрижка. А ты сама понимаешь: когда роман закончится, наше общение станет невозможным. Я этого не хочу.

Они гуляли по городу, наслаждаясь тёплыми осенними деньками. Даниэль тихо спросила:

— Это как-то связано с твоим изгнанием?

Гилмор засмеялся:

— Данька, моё изгнание — миф. Меня никто не прогонял. Я ушёл сам. Кто-то в прессе решил подать эту новость погорячее. А что может быть горячее, чем изгнание беты?! Ни я, ни Рейн не стали опровергать эту версию. Мне было всё равно, а Виттур не счёл это достойным своего внимания. Вот все эти годы я и считался изгнанным.

— Почему ты ушёл? Если не хочешь — не отвечай. Это твоё право. Но я не могу делать вид, что мне всё равно. Тем более что ты, оказывается, мой отец, — девушка хихикнула.

Волк вяло отреагировал на её попытку пошутить. Они как раз присели в уличном кафе и сделали заказ. Мужчина устало сгорбился.

— Ты могла узнать эту информацию сама, поковырявшись в Сейпонете. Это не такой большой секрет.

— За твоей спиной? — нахмурилась Даниэль и отрицательно покачала головой: — Нет! Я хочу услышать от тебя. Увидеть твоими глазами.

— Спасибо, девочка! Такая вера обнадёживает, значит, не всё погано в этом мире.

И Гилмор начал свою историю:

— … На Гебе живёт много рас, Данька, и тебя пять лет будут учить, какие они разные и уникальные. А на самом деле, соскреби внешнюю шелуху — и окажется, что все мы одинаковые. Едим, спим, занимаемся любовью… Все мы эгоистичны и хотим удобства и комфорта для себя. Мы хотим быть счастливыми, порой не беря в расчёт чувства других. Людей, которые нам нужны, которые нам нравятся, мы готовы силой затащить в нашу жизнь, потому что нам так хочется, потому что без них нам не вставляет! — мужчина тряхнул головой. — Есть те, которые подчиняются, привыкают и живут… А есть те, кто становится на дыбки, до конца отстаивая своё счастье.