Книга Призрачный мост Матиара, страница 238 – Татьяна Кадуцкая

— Хорошо.

— Мои родители были против нашего брака с тобой по одной причине — ты не волшебница и частично оборотень, а значит, шанс родить магически одарённого ребёнка ничтожно мал. Они согласились при условии, что после твоей смерти я женюсь на магине, которую они выберут, — мужчина выдохнул. — Сначала я бесился, а потом как-то свыкся с этой мыслью. После тебя для меня все женщины на одно лицо. Когда мы расстались, и Грейс стала жить со мной, у меня словно тумблер в голове щёлкнул: тебя больше нет, и на ком жениться не имеет значения.

— Меня трясёт от твоих откровений! — выдохнула Даниэль.

Девушка наверняка упала бы или сбежала, если бы колдун её не держал. А он держал, крепко, надёжно, и продолжал говорить.

— Даня, я знал, что больше никого не полюблю. Скажем так, мне было плевать на эту сторону моей жизни. Приведи мне тогда вместо Грейс любую другую магиню, я бы женился на ней, даже не взглянув на лицо.

— А поговорить со мной? Помириться? Ты разве не собирался?

— Нет.

Девушка сглотнула, принимая эту горькую, неприятную правду.

— А я верила в нас. Верила, что всё наладится. Писала письма в уверенности, что хоть одно дойдёт.

Даниэль отвернулась, чтобы не разреветься. Колдун заставил её посмотреть на него:

— Я всё понимаю, поэтому говорю тебе «спасибо» за нас, за то, что прилетела и добилась встречи и разговора. А мне стыдно: я — здоровый, сорокалетний мужик — распустил нюни и пошёл на поводу у собственной обиды, полгода занимался самообманом, ещё и другого человека использовал. Даня, подумай: нужен ли я тебе такой?

— Нужен! Очень нужен! — девушка обняла его лицо. — Ты мой!

— Конечно, твой! — даже не стал спорить Гораций. — Весь! До последней капли своей крови, до последнего вздоха, до последней клетки чёрного сердца. Мне кажется, даже Грани не избавят меня от этого наваждения.

Лачев смотрел на Даниэль и понимал: то, что он чувствует к ней, не поддаётся описанию. И банального слова «любовь» для этого мало. Девушка взрослела, менялась, раскрывалась, словно бутон. И колдун гордился тем, каким человеком она становилась. Он любил её как друг. Он сходил по ней с ума как по красивой желанной женщине, чувствуя ревность, жажду обладания, щемящую нежность и странную покорность, когда хотелось выполнять все её просьбы и желания. Рядом с ней мужчина был сильным и слабым, мудрым и глупым. Он испытывал физическую потребность находиться рядом, дышать с ней одним воздухом, смотреть на неё и видеть своё отражение в зелёных глазах.

— Что случилось? — девушка улыбнулась, перехватив задумчивый и немного потерянный взгляд архимага.

— Ты, Данька. Со мной случилась ты!..

Дом к их возвращению уже нагрелся. И вбежав с улицы, Гораций и Даниэль наслаждались теплом и уютом. Вместе готовили ужин, обмениваясь быстрыми взглядами, улыбками и осторожными касаниями. В этом был непередаваемый кайф: пройти рядом, приобняв за талию, провести рукой по крепкой спине. Трогаешь — и кончики пальцев словно током бьёт. Сами собой вспомнились рассказы про нити, связывающие двух людей. Если это правда, то их не связали, а намертво пришили друг к другу. Мужчина кожей чувствовал, где она, смотрит на него или отвернулась. А стоило Даниэль услышать родное дыхание рядом, она тут же на цыпочках тянулась вверх, чтобы сорвать нежный, лёгкий поцелуй. В круговерти минувшего дня, решая возникшие проблемы, Лачев и Даня ещё сдерживались, а сейчас, оставшись наедине, вдалеке от целого мира, они полностью растворились друг в друге.