Книга Призрачный мост Матиара, страница 37 – Татьяна Кадуцкая

По вытянувшемуся лицу хозяина заведения стало понятно, что он хорошо знает напавших отморозков и предпочитает с ними не связываться. И следующие слова мужчины подтвердили предположения оборотня и девушки.

— Мне не нужны проблемы! — человек, вытирая пот со лба, нетерпеливо притопывал на месте. — Забирайте своего дружка и проваливайте! Иначе вызову полицию!

Род шикнул на девушку, собирающуюся возразить, подхватил бессознательного мага и вышел из кафе. Перепуганная Даниэль бежала следом. В машине они перебинтовали голову Егора, распотрошив аптечку, найденную в багажнике, и с тревогой смотрели на краснеющий бинт.

— Это плохо? — девушка глянула на оборотня.

Где-то вдалеке взвыла полицейская сирена. И Род, и Даниэль застыли, чувствуя неприятный холодок по спине. Мужчина сквозь зубы выругался:

— Вот это плохо!

И бросился за руль автолёта.

…Машина стремительно неслась над землёй, оставляя позади неприветливый Глисс. Убедившись, что погони нет, девушка позвала оборотня:

— Род, ему нужен лекарь!

Волк шумно выдохнул:

— И что ты предлагаешь?! Лететь в лечебницу? Ты представляешь, сколько нам за побег впаяют?

— Я пойду, — уверенно заявила девушка. — Ищут же парня.

— Ему впаяют, Даня! — рявкнул Род, кивая на бледного мужчину.

Даниэль замолчала. Она держала на коленях ноги Егора, чтобы они были выше, чем голова, и прислушивалась к слабому дыханию раненого. Слепили огнями пролетающие мимо грузовики и легковушки. Яркими островками вспыхивали такие же придорожные кафе, как то, где напали на мага. Девушка едва сдерживала слёзы, не в силах поверить, что их всегда спокойный, уверенный в себе, знающий, казалось бы, всё на свете, Егор сейчас лежит на её коленях полумёртвый. Она погладила прохладную щёку:

— Держись, Егорушка!

Волк наблюдал за ними в зеркало дальнего вида. Всё то недолгое время, которое они были знакомы, их болячками занимался колдун. Сейчас помощь понадобилась ему самому, а помочь некому. Оборотень скрипнул зубами от собственного бессилия.

Вдруг девушка встрепенулась:

— Род, стой!

— Что такое? — мужчина послушно опустил автолёт на обочину.

— Там намады, — Даниэль кивнула на шумную стоянку.

Оборотень и сам узнал кочевников. Намады — бродячий народ Паглаомы (самый большой материк Гебы — Прим. авт.), перелетающий с места на место и нигде не задерживающийся надолго. К ним привыкли почти во всех королевствах на континенте и спокойно воспринимали появление каравана разукрашенных автолётов. В некоторых местах намадов и вовсе с нетерпением ждали. С их прилётом жизнь городов вспыхивала ярким фейерверком, а небольшие посёлки ненадолго оживали, очнувшись от рутинной провинциальной спячки. Возле стоянок постоянно кружило местное население, в основном молодёжь, гремели смех, песни, не обходилось и без ярких скоротечных романов. Но сейчас Белого волка интересовало другое: среди намадов обязательно были маги, которые могли вылечить Егора, и что немало важно: кочевники терпеть не могли полицию. Как раз то, что нужно! Род вышел из автолёта, велев девушке:

— Ждите меня здесь!

Даниэль, закусив губы, то и дело проверяла пульс раненого и поглядывала в окно. Несмотря на вечерний сумрак, были хорошо видны и автолёты, и украшающие их рисунки. В другой ситуации девушка наверняка отметила бы мастерство художника или задумалась о выборе сюжета для аэрографии, но сейчас она едва скользнула взглядом по оскаленным волчьим и драконьим мордам и не сводила глаз с самих кочевников. Они стояли чуть в стороне, вокруг двух деревянных беседок. Даниэль ничего не видела за мужскими спинами, но по запаху дыма и жареного мяса поняла, что, скорее всего, намады ужинают. Повсюду слышался громкий смех, бегали дети, звучала весёлая музыка из распахнутых автолётов. Девушка скользила глазами по кочевникам, ища светлую макушку оборотня, и всё сильнее нервничала. Род вернулся минут через двадцать, вместе с невысоким мужчиной. Было ощущение, что намада только что разбудили: растрёпанные волосы, мятая рубашка, лишь бы как заправленная в лёгкие штаны и недовольное, хмурое лицо. Кочевник кивком приветствовал Даниэль и склонился над раненым. Он долго смотрел на колдуна, потом перевёл насмешливый взгляд на волка: