Книга Призрачный мост Матиара, страница 87 – Татьяна Кадуцкая

— Даня, смотри шире. Родик Гилмор — Белый волк, сильнейший оборотень в стае. За его плечами огромный опыт и крови на нём не меньше, чем на мне. Посмотри, что вышло из твоей помощи. Гилмор на свободе, а ты — нет… — мужчина посмотрел на девушку в упор. — Ты понимаешь, что тебе грозит за срыв операции?

Даниэль с поникшими плечами слушала его. Она не усомнилась в правильности своего решения, но только сейчас начинала понимать, что влезла в крупную игру и помешала серьёзным людям. Лачев шумно выдохнул, растирая рукой уставшие глаза:

— … Я не хочу причинять тебе вред!

В этот момент он был так похож на Егора! И Даниэль призналась:

— Я, правда, не знаю.

Но Гораций не поверил ей, он стремительно выпрямился и воскликнул:

— Ну, почему ты не хочешь помочь мне?!

— Я не не хочу, я не могу, Егорушка, — развела руками Даниэль.

И с писком взлетела вверх. Магическая петля оплела тонкие запястья и вздёрнула их к потолку. Девушка замерла, ошарашенно разглядывая собственные связанные руки. А Лачев стал за спиной так близко, что она почувствовала его дыхание на своей коже.

— Я не Егорушка, Даня! Я не твой добренький маг-наёмник! Я глава Тайной канцелярии! Пойми это!

Мужские ладони скользнули по девичьему телу.

— …Да, ты мне нравишься. Ты слышала наш разговор с Родиком и полагаешь, что тебе поможет моя симпатия. Но, Даня, я не собираюсь выбирать между тобой и работой.

— Да?

— Да, — выдохнул маг в маленькое ушко. — Я намерен вас удачно совмещать. Вот только разберусь с волком.

— Егор… Гораций, — торопливо поправилась Даниэль, — ты же знаешь Рода? Знаешь, какой он хороший? Неужели не жалко?!

— Я не могу позволить себе такой роскоши, как жалость, моя лисичка.

Руки обвились вокруг тонкой талии, скользя вверх по животу, по упругой груди…

— Егор, пожалуйста!!! — затрепыхалась девушка, не в силах помешать мужчине.

Гораций, сжав зубы, зажмурился, чтобы не сорваться. Не содрать с неё эту рубашку, не запустить пальцы под тоненький лифчик. Он слышал, как бьётся под ладонью сердце Даниэль, кожей ощущал её стыд и растерянность. Он не хотел пугать, но время поджимало.

— Даня! Данечка! Лисичка моя! Пожалуйста, скажи, куда пошёл Гилмор?!

— Не знаю, — просипела та, едва сдерживая рыдания.

Мужчина коснулся губами бешенно пульсирующей венки на шее.

— Такая маленькая… такая нежная…

Даниэль сглотнула. А чужие ладони уже гладили плечи, успокаивали.

— Ты вся дрожишь…

— Я замёрзла.

— Я согрею тебя, — Гораций расстегнул мундир и прижал девушку к своей горячей груди.

Даниэль затихла, боясь шевельнуться. Несколько минут тишины. Только тепло и знакомый запах: древесный, глубокий, с ощутимой ноткой табака, хотя Егор не курил… Егор не курил, а Лачев?.. Кто его знает?! Об этом человеке Даниэль не знала ничего. Девушка чуть повернула голову, чтобы посмотреть на него и встретила такой же пристальный, изучающий взгляд. Маг был очень близко, даже неприлично близко. Его дыхание смешивалось с её. Мелькнула мысль, что если чуть-чуть приподняться на носках, то…

— Даня?.. — прошептал мужчина, словно догадавшись о её мыслях.

Даниэль опомнилась и выдохнула первое, что пришло в голову:

— Руки болят.

Лачев не сдержал улыбку: ну вот точно хитрая лиса! Но петлю ослабил, опуская вниз.

— Лучше?

Даниэль не знала, что делать и думать. Стоять, прижавшись к чужому, по сути, незнакомому мужчине, позволять гладить себя, было стыдно, но… приятно. Сейчас, впервые после переноса из Эллари-Зари, она ощутила рядом именно Егора — близкого человека, к которому привыкла, и которому до определённой степени доверяла, и который… давно приглянулся ей. Даниэль нравились оба мужчины, но если к Роду она испытывала скорее сестринскую привязанность, то Егор с самого начала вызывал у неё странные противоречивые чувства. Хотелось то быть с ним рядом, то уйти из комнаты. Его взгляды волновали и напрягали, а когда мужчина не смотрел на неё, Даниэль начинала злиться. Она не единожды заставала мужчин, раздевающихся перед сном, но если наталкивалась на Рода, то спокойно отворачивалась и уходила. Когда девушка видела полураздетого Егора, у неё перехватывало дыхание, а в животе появлялся странный жар. И отворачиваться совсем не хотелось. Даниэль понимала, что маг ей нравится, но даже мысли не допускала, что он влюблён в неё. Наоборот, все странности в поведении Егора она принимала на свой счёт: боялась, что он обо всём догадался и его это только раздражает. Поэтому и вела себя подчёркнуто сдержанно.