Книга Чёрная смородина, страница 95 – Татьяна Кадуцкая

— Выспалась?

Я вздрогнула и торопливо поднялась:

— Да.

Наверное, это было по-детски смешно и глупо: сбегать утром из спальни, где провела ночь и не одну, но в очередной раз выслушивать о месте омеги в доме не хотелось. Я помнила.

Прямиком направилась в ванную, чтобы смыть с себя этот дурман из запахов, смыть следы поцелуев и прикосновений. Торопясь, забыла взять полотенце. Пришлось прямо так идти в комнату и на мокрое тело натягивать одежду. Я дрожала от холодных капель на коже, от сложившейся непонятной ситуации, от переживаний о своем будущем. Едва успела застегнуть штаны, как в мою комнату вошел альфа.

— Пойдем завтракать.

Шла следом, опустив голову. Но пришли не в столовую, а на кухню, где когда-то… Да, похоже, гормональный фон после течки еще не успел успокоиться. Карнеро внимательно посмотрел на меня, на мои вспыхнувшие щеки, но не стал ничего спрашивать, лишь махнул в сторону стола:

— Присаживайся. Сейчас вода закипит.

На столе уже стояли чашки, тарелка с чем-то мясным. А сам волк нарезал свежий хлеб, доставленный в поместье, видимо, пока я мылась. Засвистел закипевший чайник.

— Я помогу?

— Давай, — кивнул волк и спустя минуту, заметил: — У тебя заплаканные глаза.

Я аккуратно сполоснула заварник кипятком, засыпала чай…

— Почему ты плакала?

Вот ведь упертый! А то, что до этого я ревела после каждой встречи с ним, его не волновало?!

Залила в заварник горячую воду, накрыла крышечкой и только потом повернулась к Карнеро.

— Нам надо поговорить.

— Хорошо, — согласился тот. — Вот сейчас перекусим и поговорим.

Честно говоря, кусок в горло не лез. Маленькими глотками пила горячий чай и думала. Что он мне скажет? Что сказать ему? Мужчина уминал уже третий бутерброд и прямо лучился спокойствием и умиротворением.

Наконец, он откинулся на стуле, дав тем самым знать, что сыт и готов к беседе.

— Говори.

— Думаешь, это так просто?!

— А что сложного? — Карнеро вскинул бровь. — Тебе волнует, как мы будем жить дальше. Или так, как жили зиму и весну. Или так, как последнюю неделю. Я хочу продолжения этой недели.

— А третий вариант есть? — осторожно спросила я.

— Нет.

Затаила дыхание, решив пока не злить оборотня.

— И какую роль теперь ты мне предлагаешь!

Оборотень посмотрел прямо в глаза:

— Ты моя любовница. И всегда ею была.

— Не путай с секс-рабыней, — поправила я.

— А ты быстро осмелела!

Я прикусила язык. Карнеро облокотился на стол и, немного помолчав, сказал:

— Я никогда не забуду, что ты предала меня. Я никогда до конца не поверю тебе. Я никогда не доверюсь тебе абсолютно. Чтобы ты ни делала или говорила, я буду прокручивать вариант, что ты лжешь.

Не знала, что сказать, в чем-то, конечно, я понимала оборотня. Мужчина опустил голову:

— Грис говорит, что я влюбился в тебя… не знаю…

Я горько усмехнулась:

— На мне живого места нет после твоей любви! А из костей не сломанными остались только череп и позвоночник.

— А чего ты хотела?! Ты проникла в мое логово! Обманом! Со злым умыслом! Создала кучу проблем! Да если на то пошло, — волк стремительно поднялся и, схватив свой стул, сел рядом. — Если бы все шло, как вы с отцом планировали, многие мои волки были бы мертвы. Я — так точно! — Карнеро буквально выплевывал в меня каждое слово. — Я — волк, Люция. И когда мне делают больно — больно кусаю в ответ!