Книга Сердце Снежной королевы, страница 37 – Эва Гринерс

— Сядь, Аяна, сядь…

— Я попить принесу.

Он замотал головой и снова закашлялся.

— Сядь рядом, прошу. Дай мне руку.

Пришлось подчиниться. Было страшно, что он сейчас умрёт на моих глазах. Как бы то ни было, я не желала ему смерти.

Шаман прикрыл глаза. Лицо снова было серым, как вымазанное золой.

— Что мне сделать, чтобы тебе полегчало? — спросила я. Мне самой было так тяжело в этот момент. Тусклый свет давил, как будто душил меня. Казалось, что в доме не осталось воздуха.

— Подожди. Послушай меня, — было видно, что слова ему даются с большим трудом.

Он молчал, собираясь с силами, потом заговорил снова:

— Я знаю, что ты думаешь уйти, Аяна. Только некуда тебе. Послушай. Ты одна у меня есть. Останься со мной, пока глаза мне не закроешь, это скоро уже…

— Не выдумывай, — попыталась перебить я его.

— Послушай, — настойчиво сказал он. — Всё, что у меня есть — твоё. Иди к большому сундуку, открой.

Кровь прилила к моему лицу. Я поняла, что сейчас меня будут покупать.

— Не надо! — вскочила я. — Мне ничего не надо! Что ты панику поднимаешь? Сейчас отлежишься и ещё сто лет проживёшь. Никуда я не ухожу.

Шаман смотрел спокойно и серьёзно, не шевелясь. Я даже не видела, чтобы он дышал.

— Достань мешок в сундуке. Тяжелый. Под травами. Иди, Аяна.

Я замотала головой. Тогда он зашевелился, приподнимаясь. Вот упрямый чёрт!

— Ну хорошо, хорошо, сейчас, — замахала я на шамана, чтобы он лёг обратно. И пошла к сундуку, точно зная, что и где искать.

Притащив Уайбану мешок, я положила его на постель и села рядом. Как же так всё навалилось? Меня как будто затягивало паутиной проблем, как только я пыталась с ними разобраться.

Может, мне эти их злые духи мешают?

— Возьми, Аяна. Думал отдать тебе, когда женой станешь, только не успею до лета. Не качай головой, а возьми и спрячь так, чтобы никто, кроме тебя не нашел, — старик попытался подтолкнуть ко мне мешок, в котором томилась Снежная королева. Что ж, по крайней мере, теперь у меня есть на неё право. Одной заботой меньше.

— Уайбан, теперь ты меня послушай. Я останусь, но не из-за твоих подарков. Пообещай мне кое-что.

Он моргнул в знак согласия.

— Собери людей. Скажи, что нужно покинуть деревню до лета. Иначе все погибнут.

Уайбан смотрел тусклым взглядом. Никакого выражения.

— Сделаешь? — настойчиво проговорила я.

— Собери завтра людей, — невнятно ответил он, моргнул еще два раза и затих. Я прислушалась. Вроде бы дышит.

Решила лечь спать, чтобы утром встать спозаранку и отправиться собирать соплеменников на “вече”. Хоть бы Уайбан дожил до утра, Господи прости. То есть пусть живёт как можно дольше, но как же мне было нужно, чтобы он успел сказать людям о пожаре.

Я очень боялась от волнения прокрутиться всю ночь без сна и проспать. Старалась прислушиваться к убаюкивающей метели за стеной. Вспомнила теорию, почему под звуки ненастья: ветра, дождя хорошо засыпается. Мол, в такую погоду хищники не выходят охотиться, поэтому мозг говорит, что можно спать спокойно. Атавизм такой.

Я мысленно считала снежинки, которые кружили вокруг нашего дома. Потом вспомнила кое-что и, запустив руку под матрас, достала карандашик. В темноте я не могла его разглядеть, просто ощупывала пальцами грани. Это успокаивало.

Головой ощущала твёрдый мешочек с драгоценностями под шкурой, на которой я лежала. Постучала слегка по нему затылком. И что мне со всем этим делать? Ну, кроме Снежной королевы. Её я должна увезти, забрать с собой. Она теперь не останется лишь легендой, её увидят люди. Только это тоже было той ещё задачкой, учитывая, в каком времени я теперь жила. Не на ярмарочной же площади мне её показывать…