Книга Ведьмам накладывают швы, страница 159 – Джульетта Кросс

Она прервала поцелуй, тяжело дыша.

— Нико. Поехали отсюда.

— Точно. – Я схватил ее за руку и направился к выходу.

— Стой. Я соберу инструменты. – Она потянула меня обратно к столу, где Тай укладывал ее вещи в спортивную сумку. – А еще ты должен с ним поговорить, – добавила она шепотом.

Забавно – я ведь даже не сразу понял, что у Шейна теперь тоже была татуировка. Очевидно, эти ублюдки оказались хитрее, чем я предполагал.

Я кивнул. Пора было наконец-то поговорить с пареньком, которому я на всю жизнь оставил шрамы. Собрав в кулак все свое красноречие, я выдал:

— Ну привет.

Тай поднял на меня глаза с удивлением, а затем улыбнулся. Твою мать, он мне улыбается. От этого я почему-то занервничал еще больше.

— И тебе привет.

Он продолжал заворачивать в пупырку инструменты Вайолет, а она укладывала их в сумку. Да уж. Вот и поговорили.

— Слушай, Тай, – тихо добавил я, – мне действительно жаль, что так получилось.

— Какой-то ты туповатый. Где твоя хваленая интуиция? – Он сказал это с улыбкой, без всякой злобы.

— В смысле?

— Тай прав. – Вайолет подмигнула, одарив меня своей очаровательной улыбкой.

— Допустим. Так что ты имел в виду? – Я старался не выдавать раздражения, хотя этот тип только что назвал меня тупым.

Тай отложил упаковочные материалы и выпрямился, расправляя плечи. Со времен нашей последней встречи он прилично окреп. Прибавил объема в груди – хотя ему еще было где подкачаться. Ему, кажется, лет восемнадцать. Он был чуть выше ста восьмидесяти – пониже меня, но он еще мог чуть-чуть подрасти. Тем не менее в его взгляде уже появилась твердость, как у любого взрослого мужчины.

— Я никогда не обвинял тебя в случившемся. – Он указал на шрамы вдоль своей челюсти. – Ты тогда так и не дал мне возможности сказать об этом. Но я знаю, что ты не виноват и у тебя не было намерения меня калечить. Короче, сделай нам обоим одолжение: перестань бесконечно себя обвинять.

Карие глаза Тая встретились с моими, и в его взгляде чувствовалась мягкость. Она была у него и раньше, но теперь появилось кое-что еще: уверенность. Уверенность в себе. Она приходит, когда ты знаешь себя и любишь себя таким, какой ты есть. Без грусти, сожалений, злобы к другим. И ко мне тоже.

Наконец я протянул ему руку. Твердое выражение его лица сменилось облегчением, когда он ответил на рукопожатие.

Я прижал его к себе и шепнул:

— Спасибо, Тай.

— Как насчет благодарности в виде общения? – Он отстранился, и я впервые уловил намек на грусть в его глазах. – Ведь до того, как все случилось, мы с тобой дружили.

Взглянув на Вайолет, которая наблюдала за нашим разговором с явной радостью, я откашлялся.

— Дай мне свой телефон.

Я протянул руку. Он быстро вытащил гаджет из заднего кармана и положил мне на ладонь. Я сменил свой номер, когда уезжал из Остина, – хотел сжечь мосты. Вел себя как упрямый мудак, каким я и был. Закрываясь от негатива, я дал ребятам из стаи повод думать, что теперь они для меня никто. Я считал, что делаю им и себе одолжение, хотя на самом деле причинил им лишнюю боль. Понятно, как Шейн пришел к выводу, что единственным способом чего-то добиться для него было похитить Вайолет. Моей вины в этом дерьмовом спектакле было не меньше, чем его.

Я занес себя в контакты Тая и вернул ему телефон.